Думаю, дальше я справлюсь, я поспешила отвести взгляд. Позовёшь врача?
Вы уверены, леди? его взгляд переменился и мне опять стало не по себе.
Нет, это немного странно. Почему я, и многие слуги так реагируем на Ролана? Одного слова или взгляда достаточно, чтобы тебе захотелось убежать. Это тоже какая-то невидимая магия?
Да. Опусти меня, я постаралась, чтобы это прозвучало, как приказ.
Как пожелаете.
Однако, вопреки словам, он не опустил меня, а ускорил шаг и сменил направление. Мы подошли к тканевому шезлонгу, на котором, развалившись, лежал Вольф и пил вино.
Молодой господин, уступите леди место, пожалуйста, почему-то это «пожалуйста» прозвучало наиболее угрожающе.
С чего бы? беспечно ответил «братец».
Ролан пнул шезлонг, и Вольф упал в траву. Он успел только сгруппироваться и сразу откатиться, но остановить рыцаря не успел.
Какого?!
Ролан осторожно, как что-то хрупкое, опустил меня на шезлонг.
Не вставайте, он поклонился и быстро пошёл вперёд, в особняк.
Так, ты, опять пытаешься занять моё место? Вольф навис надо мной, скрестив руки на груди.
На его белоснежной рубашке теперь было красноватое пятно. Он поднял ногу, коснулся края шезлонга, намереваясь его опрокинуть. Но замер. И обернулся. Я проследила за его взглядом там Ролан, который был уже на ступеньках, предупреждающе смотрел на Вольфа. Братец убрал ногу. Ролан повернулся, и пошёл дальше в дом, только в самых дверях напоследок взглянул на нас.
Он почувствовал взгляд рыцаря? Тогда это точно разновидность магии, и чувствую её не только я.
Вот за это я тебя и ненавижу, проворчал Вольф и поднял бутылку вина.
Что, помешала праздновать? мрачно спросила я.
Неужели, «брат» настолько ненавидит Летицию, что как только я пропала, решил отметить? Я не она, но всё равно обидно.
Что это? он указал на рану, чуть в неё не ткнув, и я невольно отстранилась.
Да так я понимала, что надо объяснить, но сил на это не было. Ролан расскажет.
Что значит, да так?! Кто это сделал?! Вольф пылал от гнева, но по сравнению с Роланом это было не страшно.
О, то есть, тебе не всё равно? прищурилась я.
Он немного замялся.
Она уже не должна испытывать такие сильные эмоции, потому что давно уже была выжжена изнутри и устала что-то чувствовать. В её короткой жизни событий и переживаний хватило бы на несколько.
Совсем малышкой она видела смерть родителей от рук демона, бойню, в которой погибли почти все жители деревни, и пожар, уничтоживший следы. У взрослых обычно нет воспоминаний о столь юном возрасте, но Энн помнила всё чётко.
Её и ещё несколько детей забрали люди в балахонах, растили, дрессируя, как щенят. За каждое неподчинение магический удар. За крупную ошибку экспериментальная комната. Из них делали идеальных и преданных убийц. А потом пришлось применять знания на практике.
Этот кошмар длился, пока герцог Оман не спас её. К тому времени от личности юной девушки осталась лишь бледная тень. Она получила новое имя и работу. Она была благодарна герцогу и готова умереть ради выполнения его приказа. Жизнь Энн из чёрного перекрасилась в серый, но это её более чем устраивало.
С тех пор, как леди Летиция очнулась, что-то поменялось. Энн впервые за долгое время было интересно. Госпожа говорила странные вещи, но зато стала добрее: предлагала перекусить или отдохнуть, не ругала. А ещё перестала избегать. Но иногда Энн ненавидела эту новую Летицию. Госпожа почему-то не могла запомнить её имя. Энн было в целом всё равно, если бы не одно «но». Летиция словно чувствовала и чаще остальных дурацких имён произносила «Эшли». Так легко и небрежно. Одним словом вскрывая старые раны. Девочки по имени Эшли уже нет. Энн не хочет о ней вспоминать. Она Энн. Она другая. Эта жизнь будет лучше прежней. Тот кошмар никогда не вернётся.
Я Энн прошептала она.
Что, тоже не можешь запомнить? пробормотала Летиция, открывая глаза.
Как вам такое могло прийти в голову, госпожа? Энн еле заметно улыбнулась.
***
Наш семейный врач не заикается. Точнее, как. Он не заикается, когда рядом нет меня. Я выяснила это случайно, подслушав его разговор с кем-то из слуг. Он сетовал, что у молодой госпожи могут начаться проблемы с головой. Позже я ему тихонечко сказала, чтобы не распространялся об этом, а то проблемы с головой будут у него. За спиной стоял Ролан, и врач получил двойной удар по психике. Немного жалко его, но это лучше, если бы за сплетнями обо мне его поймал герцог.
Благодаря магии, восстановилась я быстро. В тот же вечер «папа» обрадовал тем, что с завтрашнего дня занятия продолжатся. Я тут же затребовала у Элли вино, виноград и кресло-шезлонг, и уселась на улице любоваться красивым решетчатым забором, палисадником и закатом, как Вольф днём. Ролана не было в особняке: он с согласия герцога ушёл по личным делам. Рыцарь добрые полчаса перед уходом внушал мне, что без него мне не стоит выходить из комнаты, ну или хотя бы из дома, даже во двор при особняке. Но объяснить, что мне может угрожать, он так и не смог, только закрыл глаза и вздохнул. Так что вечером я плюнула на предупреждение и вышла.