* * *
Лена слушает и на глазах сами собой проступают слезы. Какое то время она молчит, потом все-таки произносит, с трудом выталкивая из себя слова:
Звезды. Зажечь звезды. Ты правда так сильно меня любишь?
Да, милая. Очень сильно. Стихи не обманешь, они это эмоции, чувства, которые вырвались наружу Отвечаюя ей.
Потом обнимаю ее, целую и добавляю:
Ты моя, милая. Ты моя. И нам будет хорошо, я это обещаю. Ты главное, сама глупости не делай, не слушай ни кого и ни чего, кроме своего сердца. И все будет хорошо, поверь
Она поднимает голову, смотрит мне в лицо и отвечает:
Хорошо, Даня. Ты и я
Я улыбаюсь и поправляю:
Ты же знаешь, есть еще Оля и Маша. Я по другому не могу, не получится
Да Отвечает Лена, на секунду замолкает, а потом все-таки добавляет Я знаю, я понимаю, я привыкну
Потом вдруг улыбается, глаза светятся каким то не вероятным, то ли карим, то ли серым светом и радостно говорит:
Но сегодня только Ты и Я
Я киваю и соглашаюсь:
Только Ты и Я
Она неожиданно почти прыгает мне на шею и шепчет:
Хочу кататься
Желание любимой женщины закон и я одним махом сажаю ее на свою Hondaи по газам.
И мы летим по улицам летнего Баку, разрезая собой изнуряющий зной, к которому мы, впрочем, давно привыкли. Мы летим под рокот мотора, грохот акустики и счастливое визжание Ленки. Скорость, музыка, ритм, морской воздух. Все вместе дает совершенно невероятный эффект. Куда там всяким Виагра и прочим возбудителям. Уже через пятнадцать минут гонки, я каким чудом слышу громкий шепот в ухо:
Поехали к тебе, или я за себя не отвечаю
Поехали Соглашаюсь я и про
себя думаю А я отвечаю? Не, я отвечаю, но это как сказать
И закладываю резкий вираж, меняя курс на лежащий к дому. И мчимся, под одобрительными взглядами прохожих. А, что? По моему уже все в Баку знают, кто по городу рассекает на таком необычно мотоцикле.
И домчались. Мотоцикл на стоянку и сами чуть не бегом ко мне. Хорошо все-таки, когда есть своя жилплощадь, в который хозяин только ты.
Лифт, дверь, защелкнулась. Нас отрезало от мира и мы теперь вдвоем. Больше нет ни кого, во всем мире. Сейчас есть только Я и Она. И обнимаю ЕЕ, целую и жадные руки уже торопливо стаскивают все лишнее, лето. Лишнего не много. А она все с той же счастливой улыбкой снимает с меня все, до чего дотянулась.
Потом неожиданно замирает у меня в объятиях и начинает смеяться так радостно. Что у меня и мысли не возникает обидеться, я понимаю, что вспомнила, совершенно не обидное.
Целую ее и спрашиваю:
Что-то вспомнила, любимая?
Да Отвечает она и продолжает сквозь смех Помнишь, как в первый раз, когда ты скомандовал Раздевайся и умчался на кухню? Потом вернулся с тазиком черешни, а я стою в одном белье и не понимаю, что дальше делать, ты потом еще меня кормил, той же черешней. Помнишь?
Она замолкает, но не успеваю я ответить, как снова произносит:
Трудно было удержаться и не наброситься на меня сразу?
Я улыбаюсь, снова прижимаю ее к себе и отвечаю в подставленные для поцелуя губы:
Помню, я все помню. Я вообще ни чего не забываю. И да, трудно, очень трудно. Но надо, надо было именно так, чтобы ты расслабилась. Все таки первый раз, он часто сложный бывает. Ведь все хорошо было?
Да Отвечает Лена Все хорошо, тогда все страхи как рукой сняло, когда я увидела, как ты меня кормишь
А я улыбаюсь и отвечаю, подхватывая ее на руки:
Сегодня кормить буду позже, сперва развлекательная программа
Она смеется, а я несу мою богиню в спальню. Дошли и упали на кровать. Отстранился не много, оглядел ее, люстру, снова ее. Она видно что-то увидела в моих глазах и переспросила:
Что-то не так?
На что я ответил свое знаменитое:
Ей одиноко
Кому? Не понимающе переспросила Лена
Люстре, но сейчас уже не будет одиноко Ответил я и ловким движением решил свою богиню последнего предмета гардероба с верхней половины тела.
И вот уже Бюстгальтер раскручивается в руке, а глаз прищурен и прицеливается на люстру:
Не мешай, я делом занят Предупреждающе произношу я и с криком Бинго закидываю Бюстгальтер на один из рожков люстры.
Лена смотрит на меня, потом смеется и сама сдергивает последний предмет одежды со своего прекрасного тела и с азартным криком забрасывает его на соседний рожок люстры.
Олька рассказывала мне, про эту твою привычку, но я думала, выдумки. А весело Говорит она и приценивающиеся смотрит уже на меня.
Потом говорит:
Пациент, расслабьтесь. Помощь выехала И немедленно сдергивает с меня все что осталось. И оно, то что было сдернуто. Мгновенно составило компанию комплектику на люстре. Теперь там обосновался полный комплект для обоих участников происходящих событий. Приятных событий. Очень приятных. Что она мне немедленно и продемонстрировала.
И я чувствую. Все больше не могу, но и она это прекрасно понимает. И вот уже сладкие губы прижимаются к моим губам, дыхание обжигает, и я проваливаюсь в негу, в тропики, в радость и откровенное наслаждение. Любовь и счастье правят бал. И нас уносит куда-то далеко, чтобы не потеряться мы так крепко переплелись, что уже, и не поймешь где, и кто. И пропали, потерялись, исчезли из этого мира на мгновения, и на вечность. И только радость, только счастье, больше ничего.