Вернулись они, веселый пир устроили. И семерых братьев, что живут в верховьях Онку-ях-реки, позвали. Жена Вищ-Отыра, сестра семерых братьев, ласково их приняла, обиду забыла. И братья тоже обиду забыли.
Долго после того Вищ-Отыр с женой в радости и счастье жил. Сын его богатырем рос, человеком сказки, человеком песни.
Вот нашему сказанию о богатыре Вищ-Отыре и конец пришел!
УМНАЯ СОВА Мансийская сказка
Ты кто такой, Топал-Ойка?
Как кто такой? Верхний дух.
А если ты Верхний дух, почему же в таком плохом доме живешь?
Чем же наш дом плох? удивился Топал-Ойка. Мне наш дом нравится.
У людей точь-в-точь такие дома. Это для Верхнего духа стыдно. Построй новый, просторный, высокий, чтобы все удивились, все его хвалили.
А из чего же я такой дом построю? спросил Верхний дух Топал-Ойка.
Хорошо бы из костей, посоветовала жена.
Да где же столько костей взять?
Очень просто, отвечает жена. Собери всех зверей, птиц, рыб и убей. Из костей новый дом построишь.
Что ж, это можно, говорит Топал-Ойка. Так и сделаем.
Рыб собирать щуку послал. Зверей юркого горностая. Птиц созывать велел длинноногому куличку.
Немного прошло времени, приплыли рыбы, прибежали звери, прилетели птицы. Вышел Топал-Ойка, пересчитал всех и говорит:
Звери все тут, рыбы все. А птицы не все совы не хватает. Ты, куличок, сову видел?
Нет, не видел, куличок отвечает.
Ну, беги, найди ее. говорит Топал-Ойка. Убивать, так всех сразу.
Побежал длинноногий куличок сову искать. Долго искал, наконец нашел. Она на высоком кедре сидела.
Ты что, сова, сидишь? Разве не слышала, тебя звали!
Кто знал?
Топал-Ойка. Верхний дух. Он всех рыб, птиц, зверей собирает.
А зачем?
Всех убьет. Из наших костей новый дом построит. Старый дом жене Топал-Ойки не нравится.
Ах, вот оно что! говорит сова. Ну, тогда ты иди, я потом прилечу.
Куличок обратно побежал.
Нашел сову? спрашивает Топал-Ойка.
Нашел, отвечает куличок.
Где же она?
На кедре сидит. Говорит, потом приду.
Ждут, ждут сову не летит. Топал-Ойка опить куличка посылает:
Беги скорей. Что ее так долго нет!
Побежал длинноногий куличок.
Сова все еще на кедре сидит.
Что ж ты не идешь? кричит куличок. Все тебя ждут.
В таком деле торопиться незачем, отвечает сова. еще немного подумаю. И за себя, и за нас мне ведь думать приходится, раз вы сами за себя не умеете. Иди, я следом за тобой полечу.
Прибежал назад куличок, от усталости еле дышит. Отдышался,
сказал:
Сова следом за мной летит.
Опять все ждут сову. А ее нет да нет. Рассердился Топал-Ойка на куличка.
Беги за совой, да смотри, без нее не возвращайся!
В третий раз пустился куличок. А сова еще лапами по ветке не переступила. Как сидела, так и сидит. Куличок ей говорит:
Ноги меня уже не держат, не могу больше за тобой бегать. И Топал-Ойка гневается.
Сова взмахнула крыльями, сделав круг над куличком.
Видишь, лечу. А ты уж в последний раз. ног не жалея, беги вперед да скажи, пусть жена Топал-Ойки окно в доме растворит.
Прибежал куличок.
Сова за мной летит. А вы окно в доме распахните так она сказала. Распахнули окно. Тут как раз и сова явилась. Села на окно, хвостом внутрь дома, клювом наружу.
Ты где пропадала? спрашивает Топал-Ойка.
Сова молчит.
Что ты молчишь? сердится Верхний дух.
Я думаю, отвечает сова.
О чем же? спрашивает Топал-Ойка.
А вот думаю: чего на земле больше сухих деревьев или зеленых?
Глупо ты думаешь, говорит Топал-Ойка. Зеленых деревьев на земле больше.
Хэ! говорит сова, так только кажется. А я считаю, если у дерева сердцевина высохла, оно все равно скоро засохнет, хоть еще и зеленое.
Это ты правильно говоришь, это ты умно думаешь, сказал Топал-Ойка. Уж раз начало дерево сохнуть высохнет, ничего не поделаешь!
И еще я думаю, говорит сова. Если взять всех птиц, рыб, зверей, кого среди них больше: живых или мертвых?
Ясное дело живых, отвечает Топал-Ойка, зачем и спрашивать?
Вот и нет, говорит сова. Ты собрал нас тут, чтобы убить, себе новый дом построить. Мы уже все равно что мертвые. Скоро совсем живых не будет.
Так и есть, закричал Топал-Ойка. Как же я раньше не догадался.
Сова опять молчит. И все молчат. Наконец Топал-Ойка не вытерпел:
Неужели ты думать не кончила?
Не кончила. отвечает сова. Как по-твоему: кого на свете больше мужчин или женщин?
Тут и думать не надо, засмеялся Топал-Ойка. Мужчин больше. Что, неправда, скажешь?
Сова покачала головой:
Это как считать! Рассуди сам: если мужчина чужим умом живет, можно его назвать мужчиной?
Не мужчина такой человек, сказал Верхний дух.
А ведь это ты о себе говоришь, Топал-Ойка, сказала сова. Не мужчина ты!
Как это не мужчина? закричал Верхний дух.
А вот так! Когда зверей, птиц, рыб создавал, никого не спрашивал. Тогда был мужчиной. Теперь глупую свою жену послушался. Ей на прихоть хочешь нас всех погубить. Меня-то не убьешь, я нарочно так села хвост назад, клюв вперед. Взмахну крыльями и улечу. Всем, кого ни встречу, кричать буду: не мужчина Топал-Ойка, умом глупой женщины живет, не своим!
Стыдно стало Топал-Ойке.
Подожди, не улетай! сказал он сове. А вы, рыбы, птицы, звери, идите, откуда пришли. Не стану вас убивать. Мне и в старом доме хорошо. А жена как хочет.