Он что-то кричит, но ещё шумят двигатели и винты. Сидеть на месте нельзя. Нужно выбираться.
Дверь открываю и выпрыгиваю на влажную землю, которую мы вспахали вертолётом. Рядом приземляемся бортовой техник, а за ним и командир экипажа.
Ходу, Серёга! крикнул он, и мы отбегаем от вертолёта.
Ещё один член экипажа бежит следом, но прихрамывает. Мы его подхватили и рванули к деревьям. Тут и происходит взрыв.
Вверх поднимается столб пламени и чёрные клубы дыма. Вокруг деревья начинают полыхать, а горящий керосин громко гудит. Ещё немного и начнут рваться патроны в кормовом пулемёте. Единственное оружие, которое разрешили оставить на вертолёте.
Мы присели среди деревьев и стали обсуждать произошедшее.
Как змея с белым хвостом. Откуда тут ПЗРК у папуасов? спросил лётчик-штурман, который осматривал свою стопу.
Подвернул он её знатно. Идти ему будет сложно.
Осмотрев, куда нам удалось сесть, я отдал должное командиру вертолёта. Высший пилотаж примоститься на такую маленькую полянку.
Ай, ерунда. Я и не в такие дырки залазил. Как-то в Афгане тоже подбили нас, так мы в расщелину влетели и сели на горное плато. Правда, чуть духи нас не перебили, но это всё к делу не относится, рассказал командир экипажа.
Мы отошли от места падения на безопасное расстояние. Тут и разговорились.
Какой это год был? спросил я.
80й. Самое начало.
Я в 81 м туда попал. Тоже пришлось на земле с духами схлестнуться, вспомнил я о своём катапультировании.
Мы ж так и не познакомились. Я Александр Клюковкин, протянул мне руку командир экипажа.
Затем я поздоровался с остальными.
Меня вы знаете. Я Сергей Родин.
Пока вертолёт догорал, мы осматривали себя и отходили от вынужденной посадки. Лётный комбинезон у меня не повредился, а вот всё снаряжение осталось в грузовой кабине. Точнее, уже догорает там.
Наслышан о тебе. Говорят, что вместо рук у тебя крылья. Что ты рождён, чтобы летать. Ну и добавляют, что Герой Советского Союза, рассказал Саня.
И что ты думаешь?
Если честно, руки как руки. Ни закрылков, ни предкрылков, ни перьев, сказал Саша, и мы посмеялись.
Долго рассиживаться нам нельзя. Если по нам стреляли, то будут искать место падения. А с таким столбом пламени, сделать это не составит труда.
Куда пойдём? спросил бортовой техник, помогая лётчику-штурману подняться.
До столицы мы не дойдём точно, предположил я.
Русло реки в нескольких километрах. Поищем деревню какую-нибудь. Может нам помогут со связью, добавил Саня.
Из снаряжения у нас были только фонарики и стропорезы в карманах. Больше ничего не осталось.
Только я об этом подумал, как за спиной раздались выстрелы. Перестрелка была где-то за горящим вертолётом. Голоса звучали на английском и португальском. С нашим снаряжением много не повоюешь, так что надо уходить.
Так, чего встали? Ходу, сказал я и подтолкнул к действиям своих коллег.
Невозможная жара, влажность и куча всяких насекомых оказывали влияние на перемещение. Комбинезон промок насквозь, а шею уже изрядно покусали.
Пройдя несколько километров, пришлось сделать привал. Лётчик-штурман не мог идти быстрее. Надо идти дальше, но он никак не мог подняться.
Надо идти. Там ещё перестрелка идёт, сказал Саня и потянул своего коллегу, но тот не вставал.
Командир, без меня. Я обуза.
Так, без геройства. Не пойдёшь, значит, понесём по очереди, предложил я, и Саня кивнул.
Бросайте вы это дело, отмахнулся парень, утирая пот со лба.
Своих не бросаем! хором сказали я и Саня.
Ого! Не один я знаком с таким девизом. Мы переглянулись с Александром и стали поднимать раненого.
И тут я кое-что заметил. Стрельба утихла. А недалеко от нас захрустели
ветки. Кто-то старается аккуратно ступать по земле, но у него это не получается.
Я показал Сане, что надо спрятаться за кустом. Сам же затихарился у одного из деревьев. Укрылся большими листьями. Шаги были всё ближе. Через минуту ко мне спиной стоял боец в камуфлированной форме с откатанными рукавами. Из-под кепки выбивались светлые волосы, а сам он осматривался по сторонам.
В руках у него был автомат Калашникова, а на груди «лифчик», подобный тем, что носили бойцы в Афганистане, то есть самодельный.
Командир, это были ЮАРовцы. Очередные солдаты удачи потерпели неудачу, услышал я голос издалека на русском языке.
Говорил человек без акцента. Вот только что здесь делают наши?
Тем не менее, они зашли так далеко и пронесли с собой ПЗРК. А если бы это был международный рейс в аэропорту Браззавиля? задал вопрос блондин.
Тогда бы их цель была достигнута. Они так и жаждут столкнуть Конго и Анголу.
Провокация, значит. А мы просто попали под горячую руку.
Иваныч, нигде их нет, услышал я голос ещё одного человека.
Ищите. Если нет тел, то они живы. Двое из этой четвёрки настоящие профи.
И почему голос этого блондина мне знаком. Раз это русские, вряд ли они наёмники и пришли убить нас. Пожалуй, можно мне одному попробовать выйти из укрытия.
Я поднял руки и начал подниматься. Тут же на меня наставили стволы бойцы. Каждый экипирован очень даже хорошо. Большой боекомплект, ночные стрелковые прицелы НСП-3, рации иностранного производства и так далее. Сомневаюсь, что это штатное подразделение.