Пока нет. Следи за Карлфридом.
Кобольд кивнул и я вернулся к себе. Финбарр уже, устроившись в одном из кресел, выложил на стол тарелки с едой и приборы и разливал в стаканы виски.
Чтобы стереть тот чертов завод с лица земли! кузен поднял стакан.
Мы выпили и занялись едой. Финбарр сделался задумчив. Видимо, мысли о винтовке против оборотней не шли у него из головы. Через полчаса появился Ноткер, отдал мне газетную подшивку и, поглядев на Финбарра, заметил:
Если бы господин Лехри не был вервольфом, утром ему однозначно понадобилось бы лекарство от похмелья.
Я только пожал плечами, глянув на опустошенные четыре бутылки. Но Финбарру показалось мало.
Пойду, еще найду.
По-моему, уже хватит, Барри, заметил
я. Попрошу, пожалуй, госпожу Халевейн, вновь наложить на тебя заклинание, дарующее похмелье.
Дарующее? возмутился кузен, пошатнувшись, и, прихватив пустую корзину, направился к двери. Нет уж, не надо, спасибо! Мне прошлого «дара» хватило.
Иди уже к себе и ложись спать.
После пятой обязательно.
Я только покачал головой и углубился в изучение статей. Финбарр вернулся уже через пять минут.
Нашел тут по соседству в гостиной неплохой бар, сообщил он и снова разлил по стаканам, потом посмотрел на меня с подозрением. Даже не думай капать мне в стакан отрезвляющие капли Теи!
У меня их нет, я рассмеялся. Но это последний раз, Барри, поскольку я тебе обещал.
Спасибо, Финбарр вздохнул с облегчением. Что читаешь?
В газете уйма статей, которые можно расценить как попытку настроить людей против магических существ, заметил я. Кстати, в Хоэцоллерне произошло нечто похожее, когда ты привез кобольдов и Йеске с остальной прислугой испугались, что их теперь уволят. Надо разобраться. Если подобное печатают в разных СМИ, то это очень плохо.
Но мы, думаю, знаем, кто раскачивает лодку? Те же люди и маги в Богемии?
Да.
Финбарр недобро улыбнулся, видимо уже представляя, как расправляется с врагами, а я снова вернулся к чтению.
Примерно через полчаса мне вдруг резко захотелось спать. Я, клюнув носом и чуть не выронив газеты, едва разлепил веки и, встрепенувшись, посмотрел на запонки-маячки, потому что первое, что мне пришло в голову, что кто-то опять использовал против меня усыпляющую смесь. Однако дымчатые топазы не светились. Меня снова едва не затянуло в сон и я взглянул на Финбарра, успев подумать, что ориентироваться на перебравшего с выпивкой кузена плохая идея.
Однако Финбарр смотрел на меня и на лице его отражался непередаваемый ужас, а в глазах стояли слезы. Мне даже показалось, что от страха он почти протрезвел.
Харди! едва выдавил он и показал мне на этикетку очередной бутылки. Кажется, я тебя нечаянно убил
Я с трудом сфокусировал взгляд на этикетке и разглядел надпись: «Янтарное виски. С добавлением настоящего Остзейского бернштайна.»
Проклятье, только и сказал я, снова проваливаясь в темноту.
Через миг, вынырнув в реальность, я увидел, как Финбарр метнулся к двери, а еще через мгновение вернулся вместе с Маделиф. Волшебница поймала ладонями мою падающую на грудь голову, приподняла, пытаясь заглянуть в глаза.
Финбарр, сколько он выпил этой отравы Ваша Светлость Скажите что-нибудь! в отчаянии выкрикнула Маделиф.
Черт, дайте мне уже отдохнуть, произнес я, пытаясь отпихнуть ее от себя и думая что за фамильярности она себе позволяет.
Эгихард!
Но я вырубился окончательно.
Мне почему-то приснилась Тея в ее доме в Эмдене, словно я переместился в прошлое, в тот момент, когда мы с Финбарром вернулись из Ирландии. Тея весьма настойчиво требовала, чтобы я выпил какое-то лекарство, которое обязательно спасет мне жизнь.
Харди, твое сердце едва бьется!
Но я оттолкнул ее руку, в которой был зажат бутылек с лекарством и тот, выскользнув из ее нежных тонких пальцев, вдребезги разбился о пол.
Не нужно никакого лекарства, отлично себя чувствую. Хотя, кое-что может улучшить мое состояние.
Я притянул к себе Тею, поцеловал, увидел ее ошалевшие зеленые глаза.
Финбарр, он не умирает! Он просто надрался. Напару с тобой!
Что за чушь. На меня алкоголь не действует.
Заметно, Ваша Светлость, я увидел как глаза Теи наполняются искорками насмешки.
Я хотел спросить, какого черта она меня так называет, но понял, что что-либо говорить у меня уже нет сил и просто притянул ее к себе рукой еще плотнее, а другой стал расстегивать пуговки на ее блузке.
Где-то совсем рядом чертыхнулся, а потом басисто расхохотался Финбарр и я услышал звук хлопнувшей двери. После этого я окончательно провалился во тьму.
Утро наступило внезапно, от ударившего мне в лицо яркого солнечного света, пробившегося через щель сквозь задернутые шторы. Я открыл глаза и уставился на сидевшего в кресле бледного Финбарра. Кузен пил горячий чай из чашки и смотрел на меня так, словно ждал вынесения смертного приговора. Я поморщился.
Что это, Барри?
Наверное похмелье, осторожно заметил кузен.
Что? я посмотрел на него с непониманием.
У тебя голова не болит? поинтересовался он.
Нет. А должна?
Ну, ты помнишь, что произошло вчера? спросил он и показал мне знакомую бутылку янтарного виски. Я чуть тебя не убил, Харди. Я очень виноват