В учреждении я, естественно, выловил секретаршу самого главного начальника, для чего предварительно купил в буфете коробку дорогих конфет. Дама покровительственно разрешила присесть рядом и рассказала про шефа:
Пынько Леонид Григорьевич, начав трудовую деятельность в 15 лет сельским учителем, всю свою жизнь посвятил заботе о людях. До 1958 года
он трудится в школе учителем, заместителем директора, директором, затем назначается заведующим Черемховским гороно, а с 1960 года заведующим городским отделом народного образования[2].
Народа в предбаннике почти не было, так что я успел выдать ей просьбу о фальшивой копии и озвучил цену. Мотивировало весьма нравственно:
Ну, Людочка, не идти же мне снова в школу, маяться. Я же обязуюсь в вузе все экзамены экстерном сдать, иначе не возьмут. А тут просто формальность. Ну куда мне с ПТУ за плечами!
К моему удивлению я получил от женщины с окладом в 75 рублей в месяц (плюс по 20 копеек лист за перепечатку по вечерам на пишущей машинке чьих-то текстов) категорический отказ.
Нельзя! сказала, как отрезала. И откуда у тебя, солдатик, такие деньжищи! А как я в милицию позвоню
Так что ретировался поспешно. И поспешил в гастроном где, несмотря на пустые полки, купил хлеб, банку Дальневосточных крабов и полкило конфет «Подушечки». Надо было готовиться к ночному испытанию. Я и подумать боялся, как поведет себе разнузданное второе сознание в запертой комнате психушки. А конфеты купил для санитарок. Не дефицитные крабы с хлебом для себя. Полагая, что уж чаем меня там угостят
[1] Чешки мягкие спортивные тапочки, которые были почти у каждого советского ребёнка. Все их помнят, многие до сих пор с удовольствием в них ходят дома. Историю появления чешек связывают с именем Мирослава Тырша и его спортивно-патриотической ассоциацией «Сокол» (Česká obec sokolská). Мирослав Тырш прославился в XIX веке как создатель чешского спортивного движения и гимнастической системы на основе древнегреческой системы
[2] В реале заведующим областным отделом народного образования
Глава 11
Но как быть мне, если за право существования борются целых три мыслящих сознания. Впрочем, ленинградец не борется оно готов присоединится к любому. К тому, кто победит. Мне
приятна его лояльность, всегда хотел уметь лечить животных.
А вот беспредельный алкаш бунтовал всю ночь. Кулаки, несмотря на войлок стен, сбиты в кровь. Под утро в полусне, пока еще тело мне не подчинялось, он попытался что-то написать, для чего разодрал засохшую ссадину на коленке. Крови он добыл немного поэтому разобрать, что означает слог «ПЕ» на простынке я не смог. Почему простынке? В камеру для буйных не давали вносить длинную материю из которой можно было бы сделать петлю на шею и, нажимая ногой, попытаться удавиться. Поэтому и я предварительно оставил всю одежду в шкафчике при входе. А чё в палате было тепло и пол мягкий.
Утром выпустил меня сам профессор, который пришел на работу пораньше, чтоб провести со мной блиц-гипноз. По окончанию которого сообщил, что ленинградец готов к единению, а боксер называет меня педерастом и грозит уничтожить.
Мы сегодня перед сном попробуем медикаментозное воздействие на эту агрессивную личность, сказал довольный профессор.
Еще бы, на пустом месте оригинальная научная работа подвалила. В моем лице.
Ну да ладно. Поблагодарил и опять на улицу. Ввиду того, что универ мне не светит из-за отсутствия документа о среднем образовании, планы следует изменить. Поэтому мой путь лежал в редакцию молодежной газеты, которая находилась рядом с рестораном Ангара.
Мне было известно (из памяти не помню какого сознания), что В 1965 по решению ЦК ВЛКСМ «Советская молодёжь» начала выходить большим форматом 3 раза в неделю. То бишь, стала серьезной газетой с подросшими гонорарами. И я решил опубликовать там свой старый рассказ-аллегорию про одинокого волка. Я так давно его написал и так часто декламировал (в прошлой жизни, естественно), что помнил его наизусть. Следовало только напечатать на пишущей машинке. Ах, сколько машинок прошло через мои руки в прошлой жизни! Начиная с Rheinmetall и кончая Erica [1].
Приняла меня заведующая отделом писем Лариса Ланкина, которую я смутно помнил ни весть каким сознанием. Как помнил и некоторых сотрудников газеты: Е. Суворов и Е. Хохлов, Г. Волович и И. Альтер, В. Жемчужников и Ю. Файбышенко, впоследствии знаменитые В. Распутин и А. Вампилов, художник В. Пинигин. Мастера фото В. Калаянов и В. Белоколодов, рисованными заголовками, карикатурами, заставками
Да и молодежь мне была знакома, но они, естественно обо мне в этом обличие не подозревали. Как-то странно общаться с памятью. И в чем-то скучно. А новые журналисты, мои прошлые современники: Л. Ланкина, Г. Дмитриев, Б. Ротенфельд, А. Харитонов, Н. Бриль, А. Голованов, Н. Кривомазов, Л. Мончинский. Леня Мончинский вел отдел спорта и особым интеллектом не блистал, но сдружился с Высоцким и вместе с ним даже написал (ну как написал напечатал) книгу «Черная свеча» Но при жизни Высоцкого вышла только первая ее часть «Побег», которую они написали в соавторстве. А вторая- «Стреляйте, гражданин начальник» была написана Мончинским, но успеха не обрела. В 2006 году по мотивам этой книги был создан сериал «Фартовый».