Это было, Вера Андреевна, несколько неожиданно, прокомментировал случившееся главчекист. Мне вообще-то сказали, что вы не самый рядовой сотрудник НТК, но чтобы так
Да я сама всего неделю как об этом назначении узнала. Так что давайте все быстро об этом забудем, тем более что уже завтра я Иркутск покидаю. А раз уж мы ждем, пока приготовят ужин, можем поговорить о ваших проблемах: свои-то я и так знаю, а ваши
Да какие у нас проблемы? Поначалу да, были: тут милиция с бандитами спелась, а одна банда вообще из одних милиционеров состояла. А чего вы хотели, если начальник облотдела милиции сам известным бандитом был? Его сюда из Свердловска перевели три года назад, там он сильно наследить успел вот его и спрятали хорошо, что товарищ Берия эту мразь теперь всерьез так чистить начал. А народ у нас да и в милиции теперь народ свой, советский. Опять же дружины комсомольские с авиазавода самая крепкая и боевая дружина в городе. Хотя и на электромеханическом да вы, наверное, и сами знаете: заводы-то все в НТК входят. Сейчас много комсомольцев в школу милиции учиться пошли, там больше половины бурятов, так что через год в городе будет полный порядок. Бурятские комсомольцы они ребята правильные. В Верхнеудинске порядок уже навели, но там им очень помогает военное училище, в котором монгольских товарищей обучают
Хорошо что напомнили, я про авиазавод как-то забыла. Нет, я еще на денек задержусь, нужно и авиазавод посетить.
Я вам тогда машину выделю, вы во сколько туда собираетесь? Трамвай туда только в следующем году пустить обещают, а на извозчиках туда с Глазково час ехать, не меньше, да и на ту сторону добираться Только с одиннадцати и до двух мост разведен будет
На авиазаводе Вера довольно неожиданно для себя встретила Павла Сухого. И посоветовала ему посетить химзавод «возле Петровского завода»:
Честно говоря, я хотела вас туда заманить уже осенью, но можно и сейчас на завод наведаться, раз уж вы тут рядом. Вы бы ознакомились там с новым материалом, он под названием «черный текстолит» проходит. Вам будет очень интересно
Текстолит? Вы имеете в виду, для радиоаппаратуры?
Нет. Насчет силовых элементов я пока не скажу, там технологию изготовления деталей только отрабатывают но к осени уже отработают. А пока если в глубины химии не лезть а вам оно точно не надо то материал минимум вдвое прочнее алюминия при том же весе, и это я спецсплавы имею в виду. Так что уложить ваш истребитель не в две с лишним тонны, а где-то в полторы будет не особо и сложно. Я не про технологию изготовления говорю, а про проектирование но технология вас уже касаться не будет.
Тут вы, Вера Андреевна, заблуждаетесь, конструктор должен знать, как его машину изготавливать будут. Я, собственно, сюда и приехал технологию сборки машины налаживать
Да я и не спорю. Но с новыми материалами отдельные детали будут изготавливать совсем другие люди. Технологи именно химической промышленности, а насчет сборки из них готового самолета эта работенка за вами и останется. А пока вы просто посмотрите, на что вообще материал годен
Следующая «остановка» у Веры случилась в поселке со смешным названием Биро-Биджан. Сам поселок для нее не представлял ни малейшего интереса, а вот выстроенный примерно в тридцати километрах к югу от него химзавод девушку интересовал очень сильно. Потому что именно там работала «самая странная электростанция в стране» правда, придуманная вообще-то инженерами с завода Лены Нарышкиной. На этой электростанции рядами стояли «странные котлы», в которые засыпалось сразу тонн по двадцать угля паршивого, бурого, добываемого в выстроенном поблизости карьере, и в топках этих котлов уголь даже не горел, а скорее просто тлел, причем за тем, чтобы он гореть не начал, рабочие особенно внимательно следили.
Уголек тлел, горячий (уже все же раскаленный) воздух поднимался в верхние слои угля, «выпаривая» из него сначала воду, а затем и все летучие вещества. Затем получившаяся газовая смесь прогонялась через газоразделительную установку и все из угля выпарившееся, отправлялось на химзавод для переработки. А через слой тлеющего угля проходили трубы, в которых довольно неторопливо кипела вода, превращаясь в пар и этот пар отправлялся на турбины электростанции. То есть все же не сразу отправлялся: уголь тепла выделял все же гораздо больше, чем требовалось и для «полукоксования» верхнего слоя и даже больше, чем нужно было для кипячения воды поэтому нижняя, самая «горячая» его часть из топки постоянно выгребалась и отправлялась в другую топку, где уголек догорал уже гораздо веселее и попутно полученный в первом котле пар прилично так перегревал. И вот этот уже перегретый пар шел как раз на турбины. Турбины «среднего давления», на двадцать всего атмосфер поэтому с такими котлами на киловатт-час угля тратилось больше трех килограммов (то есть в два с половиной раза больше, чем на «обычных» электростанциях. Зато котлы обеспечивали ценным сырьем довольно немаленький химзавод, а потребляемое этим заводом электричество вообще шло в качестве «отхода производства» но так как котлов было довольно много, то и электричества завод получал более чем достаточно. Его даже в Биро-Биджан отправляли по выстроенной ЛЭП.