Если бы вот так, как думают иные израильтяне (Натан Щаранский): избранность «приемлема только в одном плане как повышенная моральная ответственность» . Или, за 60 лет до него: «Не может безответственность быть надёжной основой для нашей, еврейской жизни, жизни маленького народа, развеянного по миру Легко ли это или нет, но мы должны сделать все усилия, чтобы познать себя и понять других» .
В 1939
году, перед самой гранью Второй войны, редакция еврейского (на идише) сборника «На перепутье» поставила нескольким европейским интеллектуалам вопрос: «Следует ли евреям активно участвовать в общей политической жизни, не должны ли они ограничиться одной лишь еврейской политикой?»
На этот вопрос известный писатель Стефан Цвейг, космополит и ассимилированный австрийский еврей, ответил так. Не участвовать в политической жизни мы, как и никто, уже не можем. Вопрос надо исправить: «следует ли нам стремиться к ведущему положению в политической и общественной жизни». Мы уже никак не можем отбросить «наше интернациональное, наднациональное отношение к общечеловеческим вопросам». Однако «считаю не менее опасным чтобы евреи выступали лидерами какого бы то ни было политического или общественного движения При наличии равных с другими прав евреи имеют далеко не равную со всеми ответственность», а «во сто тысяч раз» большую. «Служить пожалуйста, но лишь во втором, в пятом, в десятом ряду и ни в коем случае не в первом, не на видном месте. [Еврей] обязан жертвовать своим честолюбием в интересах всего еврейского народа». (Здесь поучителен урок о моральной связи и каждого еврея с судьбой своего народа.) «Нашей величайшей обязанностью является самоограничение не только в политической жизни, но и во всех прочих областях Единственная польза, единственный смысл, которые можно извлечь из трагического урока, выпавшего на долю евреев, это их внутреннее воспитание. Лишь тогда наши невиданные страдания имели бы хоть какой-то смысл, если бы они побудили еврея совершать не шумные, а по-настоящему великие дела» .
Какие высокие, замечательные, золотые слова, и для евреев, и для не-евреев, для всех людей. Самоограничение от чего оно не лечит! Но в том-то и мучительная нить, что именно самоограничение трудней всего и даётся вообще людям.
Макс Брод, убеждённый сионист и, казалось бы, полный оппонент Цвейгу, ответил почти буквально то же: «Очень опасно для евреев вмешиваться в политическую жизнь других народов Такое участие нас непременно раздавит и уничтожит». Еврей «должен ограничивать себя, воздерживаться Воздержаться, но не отходить в сторону! Воздержаться это значит: не стремиться к лидерству или к наградам в чужой политике, но действовать с сознанием ответственности, открыто, ясно, отнюдь не тайно, за кулисами» .
И это последнее добавление опять-таки превосходно. (И опять же, честно сказать: и всем людям, и евреям, как бывает трудно следовать ему.)
И в сегодняшнем Израиле мудро мыслящие евреи отчётливо говорят: «Наше вмешательство в дела других народов всегда оборачивалось плохо и для этих народов, и для еврейского народа» . Мы «много раз в современной истории обнаруживали несправедливость в основаниях существующих обществ, а наша безответственность, как меньшинства, способствовала созданию новых, гораздо худших». Мы были «потомственные подаватели советов» .
А вот, после советских десятилетий строго оглядясь, пишет современный еврейский автор из диаспоры: «Конечно, эта история [евреев] была, как и у других народов, не только история благочестивых, но и бессовестных, не только беззащитных и ведомых на смерть, но и вооружённых, несущих смерть, не только преследуемых, но и преследующих. Есть в этой истории страницы, которые без содрогания нельзя открыть. И как раз эти страницы систематически и намеренно вытеснялись из сознания евреев» .
По заключению Э. Ренана, удел народа Израиля отначала был: стать бродилом для всего мира. Эта мысль, согласно или полемически, повторяется и у наших современников: «Мы стали бродильным началом среди неевреев, в среде которых мы жили» . «Дескать, избранность еврейского народа в том и состоит, чтобы вечно жить в рассеянии. "Мы дрожжи наша задача сбраживать чужое тесто"» .