Пепельные и светлые волосы, оставшиеся на ветках деревьев, струились по ветру, жили какое-то время, после чего высыхали и рассыпались на мелкие частицы, превращаясь в пыль.
Неожиданный внутренний толчок разбудил мать. Она открыла глаза и осмотрелась по сторонам. Машина только что покинула границы населённого пункта, о чём известила табличка с красной чертой наискосок.
Почему вы не высадили нас здесь? встревожено спросила она.
Потому что, это не то место, которое нам нужно, ответил Марк.
Что, что это значит? ещё не отойдя от сна затараторила мать.
Это значит, что вы выходите позже! Это понятно? подключился Алексей.
Остановите тут, закричала женщина и ударила по спинке сиденья переднего пассажира. мы хотим выйти!
Но реакции не последовало. Машина продолжала нестись вперёд.
От крика проснулась девочка, она рассеяно смотрела по сторонам, переводя взгляд с матери на водителя и обратно.
Мама, что случилось? спросила она.
Ничего страшного, солнышко, просто дяди шутят, ответила она. Довольные дяди закивали в знак подтверждения.
Ещё раз прошу Вас остановиться и выпустить нас, мы вернёмся пешком, пожалуйста, взмолилась она. Реакции не последовало. Увидев это, она перегнулась к водителю и схватила его за руку, отчего машина вильнула вправо, едва не выскочив с дороги.
Угомони её бросил Алексей Марку.
Марк наотмашь ударил женщину. Её щеку слегка покрыл слабый румянец, который тут же исчез. Машина сбавила ход и съехала на просёлочную дорогу, уходившую в лес. Проехав метров 400 и углубившись в лес, машина остановилась. Пассажир резко выскочил из автомобиля, и распахнул соседнюю дверь.
Вылезай сюда скомандовал он, быстро.
Женщина, прижав к себе дочь, отрицательно покрутила головой.
Сама захотела, выдыхая выдавил он, и схватив за волосы, выволок её наружу, захлопнув дверь перед носом малышки. Алексей заблокировал двери изнутри.
Подтащив женщину за автомобиль, мужчина силой повалил её на багажник, уперев лицом в заднее стекло. Глаза матери встретились с глазами дочери, у которой тут же началась истерика. Дочь стучала ладонями
по стеклу, и звала мать. Возбуждённый Марк, словно настоящее животное, задрал у женщины платье, и начал расстёгивать ширинку своих брюк. Она, лишь положила руку на стекло, в то место, куда упиралась ладошками дочь, находящаяся внутри. В определённый миг глаза женщины сделались стеклянными, а после их заволокла тьма. Бездонная тьма. Резким движением она выпрямилась. Задравшееся платье опустилось вниз.
Ты что-то, осмелела, растерянно заметил насильник со спущенными штанами.
Она развернулась к нему, волосы её слегка приподнимались, но не от ветра.
Что за фокусы? Ты видимо, не поняла, кто ту хозяин? сказал он, и вновь с силой ударил по щеке женщину.
У неё даже румянец не выступил, только откинулась голова. Когда она снова посмотрела на него, волосы её достигли колен и начали подниматься в стороны, паря в воздухе, растекаясь вправо и влево. Несостоявшийся насильник открыл рот от изумления. Её волосы всё росли и росли, напоминая паутину, которую вьёт паук, готовя её для поимки жертвы. Они достигали уже 3-х метровой длины. Отойдя от шока, Марк сжал кулак и замахнулся для удара, но ударить не успел. Волосы резко пришли в движение. Часть волос, жгутом перетянула запястье его правой руки, остановив удар, другая часть, добралась до левой руки, притянув её к телу хозяина. Светлые волосы женщины, как шёлковые нити стали окутывать его, увеличиваясь в длине. Они создавали кокон вокруг него, проникая под кожу, достигая сосудов, заполняя их и вытесняя их. Волосы всё ближе и ближе подбирались к сердцу бедняги, по капиллярам, по венам, по артериям. Всё его тело изнутри, заполнила паутина из светлых волос. Вот они уже достигли глаз, кровеносные сосудики которых, из красных превратились в белые, а из-под век стали вылезать, как червячки, секущиеся светлые кончики волос. Внимательно осмотрев со стороны на творение, что она создала, женщина ухмыльнулась, и начала медленно разматывать кокон, освобождая недавно уверенного в себе Марка, приподнимая его над землёй, как марионетку, дёргая его за части тела. Лицо его было без эмоций, грудь тихо поднималась и опускалась, женщина позволяла ему жить. Словно на распятии, висел Марк в воздухе. Внезапно всё прекратилось. Как тонкая острая сетка, её волосы прорезали каждый миллиметр его тела, измельчив его на части, вырвавшись наружу, разделив на миллионы мелких фрагментов, которые начали разлетаться в разные стороны. На секунду всё это замерло. Жертва попала в паутину охотника. Паутина была похожа на солнце с лучиками тепла и добра, только диаметрально противоположными. Картину довершило бледного цвета сердце, освобождённое от плоти, оно шмякнулось вниз, в листву, и сделав два сокращения замерло. Ни крови, ни багрового окраса. Как ребёнок, высасывающий сок из пакета через трубочку, она поглотила своего насильника, оставив только лоскутки его одежды, но не оставив его. Сильный ветер подхватил остатки одежды и понёс прочь, в лес. Волосы её величества убийцы развивались, медленно уменьшаясь, приобретая огненно-рыжий цвета. Мать повернулась к машине, зрачки её стали карего цвета, глаза источали радость, а яркий румянец не сходил с её щёк. Алексей, наблюдавший за этой картиной, потерял способность двигаться. Увиденное парализовало его. Лишь когда всё закончилась, он смог отвести свой взор от кровавой картины и посмотреть на создание, которое дополняло его компанию в автомобиле. Глаза девочки, как и её матери налились чернью, волосы увеличились в длину и шевелились парив, как змеи на голове Медузы Горгоны. Едва успев что-то понять, он почувствовал, как тонкие иглы пронзают его плоть, и стремятся под кожей, по венам, к генератору его жизни к сердцу. Кожа его белела, а руки трепетали, а под конец глаза закатились. Дело было сделано.