- Морозов, Захарченко, Козловский - монотонным голосом начальник цеха перечислял фамилии увольняемых. - Кузнецов - дальше я не слушал.
«Вот и всё!..» - всплыла и полыхнула отчаянная мысль.
Сердце бешено стучало, зрение помутилось, но чтобы не показать вида из последних сил я держался.
- У меня жена беременная, я им справку принесу.
- На мне ипотека, таких работников нельзя сокращать!
- Свою родню не сократили, ничего у меня тоже связи имеются, хрен им!.. попавшие под увольнение мужики бурно обсуждали событие.
Избежавшие сокращения дипломатично молчали.
Я тоже молчал, да и что сказать? У меня нет беременной жены, нет нужных связей, даже родни толком нет. Я прирождённая жертва.
Моё внимание привлёк верстак, такой родной, сколько всего я на нём сделал, отремонтировал, придумал глаза увлажнились.
- Пойду, вентиль гляну, - вскочил я, привычно ухватил разводной ключ и вышел.
«Второй дом, может самый главный приют! Меня гонят, нет, выбрасывают как ненужный хлам, словно бесполезный инструмент, а я тоже хорош даже не сопротивляюсь, будто так и надо. Почему эти начальники решили, что завод принадлежит им? Мои предки строили его, поднимали из ничего, кто эти новые хозяева, откуда взялись?..»
Я бродил по цеху, заглядывал в самые отдалённые уголки, несколько раз, пока никто не видел, смахнул слезу.
Смена пролетела за мужскими разговорами и возмущёнными спорами, однако под конец дня произошло ещё одно событие.
На проходной меня задержал охранник тучный потный увалень.
Словно короткие сардельки, его толстые пальцы сжали мой пропуск.
- Что-то ваш пропуск сильно потёртый, - поморщился толстяк.
Моя грудь наполнилась воздухом, я собирался возразить, но тут охранница - женщина средних лет, с короткими чёрными волосами, резко взвизгнула и выскочила наружу.
- Стоять! - визжала она.
Увалень вздрогнул, принялся озираться, его пухлая ладонь поспешно вернула мне пропуск, я вышел на улицу.
Поджарая охранница со всех ног спешила к двум парням, что грузили отрезок ржавой трубы. Кусок железа измазан глиной, видимо друзья только откопали его.
- Стоять! угрожающе кричала женщина.
Железка плюхнулась в багажник, ища глазами кому кричат, парни оглянулись.
- Так! женщина подскочила к парням и схватила их за рукава. Попались! торжествующе прошипела она.
- Что мы сделали? схваченные парни смотрели испуганно.
- Это что?! на багажник старенькой
девятки охранница указала взглядом.
- Металлолом, - друзья переглянулись.
- Будем оформлять хищение, - чёрная женщина победно сияла, будто выиграла в лотерею.
- Так мы эту железку за территорией выкопали?! удивились приятели. Она никому не нужна.
- Это собственность завода! Вдоль забора наша территория. Я за вами давно наблюдаю! охранница довольно улыбалась.
- Да заберите! парни вырвались из цепких рук, схватили кусок ржавой трубы и выкинули наружу.
- Куда?!! пытаясь им помешать, угрожающе взвыла женщина.
Чуть не отдавив ей ногу, труба грохнулась на землю.
- Ничего не трогать!
Парни сели в машину.
- Неет!! гримасой отчаянья исказилось женское лицо.
Охранница заметалась, словно у неё отнимали самое дорогое.
Двигатель взревел, машина тронулась, но женщина бросилась на капот.
Парни испуганно переглянулись, автомобиль протащил охранницу несколько метров и остановился.
Тут подкатил уазик охраны, из него выскочили четверо крепких мужиков. Парней задержали, по-моему, даже блеснули наручники. Поминутно оправляя «эсесовскую» форму, о своём подвиге женщина рассказывала взахлёб.
Я наблюдал рядом, собачье поведение охранницы и её дикий восторг от поимки преступников действовали удручающе, всю дорогу домой меня преследовал образ женщины-овчарки.
Сколько таких овчарок, пытаясь заслужить поощрение, караулят меня?..
Теперь я официально безработный и раз в две недели посещаю центр занятости. Тут людно, попадаются знакомые. Здороваюсь, подшучиваю над собой и другими, смеюсь. Всё-таки с юмором легче жить.
Престарелая сухонькая инспектор тычет пальцем по клавиатуре, для меня снова нет работы.
- Можете поработать на уборке территории, зарплата пять тысяч в месяц, - предлагает она.
Отказываюсь, после тридцати тысяч получать пять смешно.
Газеты пестрят объявлениями, срочно требуются охранники и менеджеры, но из меня какой менеджер?
Постепенно обхожу торговые сети, хоть бы устроиться грузчиком, увы, магазинам я не нужен. Словно под копирку звучат предложения: «Заполните анкету», «Оставьте анкету», «Мы с вами свяжемся»... Время идёт, но про меня забывают. Могу себе представить, как менеджер по персоналу, двадцати лет отроду, читает про мои сорок три года и думает: «Куда лезет старикан?», а потом анкета летит в мусорное ведро.
Есть ещё надежда на шахту.
Шахта!
Для тех кто не знает, шахта такой же островок социализма, что и завод: аккуратные клумбочки, асфальтовые дорожки, плакаты «Слава труду!», обязательные статуи Ленина.
Я невольно зажмурился, уж не мерещится ли мне, будто вернулся на тридцать лет назад.
Впрочем, осколки социализма лишь снаружи, внутри шахта пропиталась новым временем. Молодые начальники, обшарпанные стены, тоска в глазах всё как везде.