Сон не заставил себя ждать.
Проснулась от лёгкого шёпота, на сей раз не в моей голове.
- Ну и долго ты будешь тянуть? - говорил кто-то.
- Ты предлагаешь мне взять её прямо тут, при тебе и детях? - се Бер, что ли?
- А что такого? Дети спят. Чем раньше она станет твоей, тем быстрей свыкнется, - а се, видно, Голуба.
- А как же ты? - Бер вздохнул.
- А что я?
- Тебе будет приятно, что я милуюсь с другой прямо у тебя на глазах?
- А ты думаешь, мне приятнее, ежели ты где-то с ней будешь прятаться по кустам?
- И как ты предлагаешь разорваться мне между вами двумя?
- Скажи, что ты к ней чувствуешь?
- Я люблю тебя.
- А её?
- Тоже люблю. Но вы разные, я не могу с двумя быть сразу. Нас с тобой многое связывает. Вы разные и каждая хороша по-своему.
- А ежели б меня не было? - вновь большуха.
- Не говори так. Се как спросить, кто мне больше нравится: Веснянка или Вран.
И наступила тишина. Рука Бера скользнула чуть выше моего живота, развязала завязки на сорочке, протиснулась внутрь.
Я перестала дышать, а он повернулся на бок, спиною к детям, вычерчивая коловоды* на моей груди.
Бер, что же ты творишь? Зачем соблазняешь? Я ведь не железная. Ты ведь только жене говорил о том, что не можешь вот так, при детях...
- А знаешь, я передумал, - шепнул он. Мне? - Я попробую.
И он наклонился надо мною, пробуя на вкус мою грудь.
Я глядела на него, не в силах пошевелиться. Ночь была тёмная, без Месяца, он заметил, что я не сплю? Борода приятно щекотала тело. А я ощущала смущение. Ведь ОНА не спит, всё слышит... Как же так, при ней? А что же она должна чувствовать?
Муж отстранился от меня и лёг на место, прошептав мне в самое ухо "прости".
- Так я и думал, - прошептал он .
И только сейчас я услышала сбившееся дыхание Голубы, она плакала.
- Прости, - услышала её слова. А она-то за что извиняется?
- Видишь, никто из нас не готов к такому. Давай, положимся на волю Богов, - сказал муж.
- Угу, - только и смогла выдавить она из себя, скрывая свой расстроенный голос. Мне стало обидно за Голубу, она ведь его так любит! Даже готова была пойти на такое... А он, он... Как же он может глядеть на меня, ежели любит её? Как же больно, должно быть, быть ею! Слёзы сами потекли из глаз.
Вспомнилось, как он чувствует Голубу! И как вот с этим жить?
- А ежели меня не станет... - вновь она за своё.
- То мне будет очень грустно. Я не хочу терять никого из вас. Думаю, Боги пошутили над нами, разделив мою суженую на два тела.
И как мне жить? Я чувствую себя здесь лишней. Она говорила о смерти, может, мне се сделать? Я сглотнула, стараясь проглотить ком в горле. И они ведь мучаются... Муж сгрёб меня в охапку, вытирая слёзы. От сего жеста было приятно, но отчего-то больно. Хотелось и оттолкнуть его, и чтобы он наоборот прижал к себе. И мысли о смерти меня тут же покинули. А как же она? Как ты можешь быть таким жестоким по отношению к ней?
Бер вновь полез своей рукой, куда не следовало. А во мне поднималось возражение. Я попыталась тихонько вынуть его руку, но он не позволил. А потом впился в мои губы поцелуем.
Что на сей раз? Почему ты се делаешь? Я ведь против. Так отчего же? Ты ведь обещал! Слёзы текли по щекам. На что я надеюсь, что он слышит мои мысли?
Я попыталась отстраниться, но он перехватил мои запястья, ложась на меня и придавливая своим телом так, что невозможно было пошевелиться. Отчаяние захлестнуло меня. Теперь ты точно в своём праве. На что я, глупая, надеялась?
А потом муж встал, сгрёб меня в охапку и потащил куда-то.
- Я закричу, - сказала я, когда мы отошли далеко от стана. Почему раньше не дала о себе знать?
- Кричи, - последовал сухой ответ.
- Что на тебя нашло? - я совсем не понимала Бера, но шуметь не хотелось. Что, как разбужу кого. Точно не похвалят. Люди ведь уставшие, а завтра рано вставать и тяжким трудом заниматься.
- А на тебя? С жизнью решила
расстаться? Совсем спятила? Или может Голуба права, пора сделать тебя моей? Ребёночка тебе заделать? - его шёпот был страшным. Не думала, что Бер может быть таким? Каким? Сердце учащённо билось. И я уже и не знала, от страха или ... Чего? Он беспокоился? Но как он может быть таким? Непредсказуемым? Откуда он знает, о чём я думала?
- Почему ты вытирал мои слёзы, а не её?
- Потому что её держат в сём мире ещё и дети. А тебя что? - он был прав, во всём.
Глава 7
Бер меня пристроил на бревно недалеко от нашего шалаша и сел рядышком. Времянки стояли в отдалении друг от друга, возле которых спали роднями. Под мерное журчание речки и стрекотание ночных насекомых спокойствие расползалось в душе. Я уже не злилась и какое-то время мы просто молчали.
- Ты знал, что я не сплю? - решила я расставить все точки над "i", нарушив словами единение с дикой жизнью, намекая на подслушанный разговор с Голубой.
- Знал.
- Тогда что из твоих слов правда? - ведь ежели он знал, то зачем так поступил со мной?
- Всё. Я и правда, хотел попробовать тебя на вкус. Она ж разрешила. Но не смог продолжить начатое.