И я показываю руку с часами прессе, а в ответ летят вспышки и щелчки фотосъемки.
Я улыбаюсь про себя, а потом продолжаю:
Ну так вот, у меня очень мало времени, через полчаса мне надо встретить свою девушку, а можно ли ее заставлять ждать? Вопрос для настоящих мужчин и женщин? Вы конечно в курсе про кого я? И очень не хочется потом ее искать по всему Мехелену, не Берлин все-таки. Завершаю мысль я, снова гляжу на часы, как бы намекая на то, кто именно будет искать в этом «не Берлине» и что может стать с тем самым «не Берлином».
Журналисты начинают улыбаться от этих аллегорий, выданных им на вполне приличном французском, а бельгийцы нервничать от сравнения с Берлином и упоминания НКВД в связке с армией.
А я наконец заканчиваю свое вступление:
И поэтому, я очень извиняюсь, но у Вас всего три вопроса, на которые я готов ответить. И ласково улыбаюсь залу, а у них почему-то в глазах появляется какая-то неявная опаска.
И вот летит первый вопрос:
Даниил, как Вы считаете, Ваша команда сможет пройти Мехелен? Спрашивает давний знакомый из «Шпигеля», а смотрю на этого идиота и думаю:
Он дурак, или придуряется?
Но все-таки отвечаю:
Вы знаете, «Мехелен» достойная команда, но мы сильнее и если мы не забудем выйти на ответный матч, то мы пройдем дальше.
Все немного поражены подобной наглостью, а я добавляю жару:
Хотя Вы знаете, можно даже и не выходить, мы все равно уже выиграли. За неявку дают поражение 0:3, а мы выиграли 4:1. Итого получится ничья, но за счет лишнего мяча, забитого в гостях, мы пройдем дальше. Народ начинает смеяться, немец и бельгийцы багровеют, а Руслан Абдулаевич меня поправляет:
Ты не совсем прав, Дан. Там есть тонкость, за неявку просто снимают с соревнований.
Я делаю сокрушенный вид и говорю залу:
Вот видите, придется играть. Наши болельщики очень хотят почувствовать себя киевлянами или тбилисцами, значит надо дать им этот шанс.
И народ в зале со смешками понимающе кивает, а тем временем летит уже второй вопрос, причем совсем на другую тему:
Даниил, как Вы оцениваете шансы Вашей сборной на Евро? И кто Ваши главные соперники. Задает вопрос представитель «Франс Футбол».
Я вежливо киваю и отвечаю:
Мы чемпионы, мы лучшие и мы должны выигрывать. Иначе нас не поймет страна. А по соперникам, главные конечно голландцы и их знаменитая четверка, Гуллит, Ван Бастен, Рональд Куман и Райккард. Но мы все равно сильнее. Будем играть и выигрывать.
Француз удовлетворенно кивает, тут я был куда более дипломатичен. И уже звучит третий и последний сегодня вопрос. Его задает уже замеченная мной девушка, которая оказалась представительницей знаменитой
итальянской «Репаблик»:
Даниил, а Вы уже определились, с кем из Ваших девушек, Вы все таки останетесь? Спрашивает у меня она, а я думаю:
Девушки, девушки, девушки. Все Вы хотите знать.
И отвечаю, демонстративно доставая портмоне, вытаскивая из него фото моих любимых и тасую их в руке, словно колоду карт, да еще и напевая при этом на мотив знаменитой песни Миронова:
Как можно выбрать между солнышком и облачком, страстью, нежностью и лаской? Как можно определить, в чьих глазах больше любви? Чьи руки нежнее? У меня не получается и поэтому они все мои любимые. Каждая из них лучшая, единственная, неповторимая и любимая. Каждая из них. Я делаю паузу и потом перечисляю имена, делая шикарный подарок прессе, не сомневаясь что уже завтра во всех таблоидах эти имена прогремят на весь мир.
Они и есть мои любимыеОля, Лена, Наташа, Маша, Несса. Произношу я и вижу, что весь зал торопливо записывает не всегда привычные имена, переспрашивая друг у друга.
Но тут уже вмешались наши журналисты и охотно подсказывают западным коллегам правильную транскрипцию русских имен.
И я встаю, показывая, что все, дозволенное время для речей закончилось. Журналисты не возмущаются, я ведь им сегодня дал такой «вкусный» материал. А я прощаюсь и ухожу, рядом идет Руслан Абдулаевич и он негромко спрашивает:
Что Дан, решил все-таки открыться?
Да, Руслан Абдуллаевич, пусть привыкают, девчонки поедут со мной, три уж точно. Отвечаю я, а он кивает на это, показывая что вполне понял и принял.
А у меня мысли:
Все, достаточно разговоров. Меня ждет моя любимая Несса, это куда интереснее.
И тут же сам себе отвечаю:
И, по привычке, я начинаю вспоминать все, что успел узнать об этом славном городке:
Но место больно удобное. Побережье, транзит из германских земель во Францию и местность снова поднялась, как и вся Бельгия, впрочем. За эту местность шла борьба долгое время между Испанией, Бургундией, собственно Францией, но в итоге образовалась независимая Бельгия.
В какой-то момент одно богатейших государств Европы. Бельгийский король когда-то владел огромными территориями в Африке, в бельгийском Конго. Но все это в прошлом. А сейчас очень спокойная и благополучная страна, даже какая-то наверно тихая и умиротворенная.
Насколько она умиротворенная, показывает история двух мировых войн, когда через Бельгию и соседние Нидерланды проходили немецкие войска, обходя французские заградительные линии, а местное население этого почти и не заметило.