Уважаю комсомольцев, а особенно комсомолок. Настоящих, переживших войну и всегда готовых на любое действие, которое ведёт к установлению справедливости. Ну... или к победе коммунизма, кто во что верит. Очень уважаю. Да-с!
Так вот! Короче, я, как спринтер-инвалид хромая выбегаю из скверика, так сказать, на оперативный простор, а тут Катерина заняла оборону. Стоит на четвереньках и своими, тоненькими пальчиками ковыряет мостовую. Добывает оружие пролетариата - булыжники. Я так понимаю, она собирается меня защищать. Я обожаю эту страну! Я обожаю это время! Снимаю шляпу, перед этой девушкой. Но и задерживаться нельзя, топот противников слышно прекрасно. Катерина, как гранату, метнула камень в сторону
аллеи. Да и фик с этим, но, она ещё и заорала, как паровозный гудок - полностью нас демаскируя.
Полностью охренев от происходящего, я хватаю мою защитницу и быстренько ковыляю, куда-то в сторону самой, тёмной подворотни. Катя врывается и ругается. Я её встряхиваю за плечи. Она смотрит и походу не узнает меня. Пришлось тащить за руку в темень.
Как оказалось, мы забежали во двор двухэтажного дома. Был бы я поменьше возрастом и ростом, то спрятаться не составило бы труда. Небольшой дворик с дровяными сараями и кустами жасмина. Тень, от самого дома, накрывала почти весь двор. Некоторые лавочки спрятались в густых зарослях плюща. Но, как оказалось, Катя думает по иному. У неё даже мысли не возникло, чтобы позорно прятаться по подворотням и кустам. Перехватив инициативу, она нашла другое решение(когда только сообразила?), ухватила меня за рукав и потащила в самый густой куст сирени. Там, не секунды не раздумывая, отодвинула доску в заборе и нырнула туда. Вовремя! Злые и чем-то огорчённые парни начали бегать по двору. Наверное ищут вход в столовую «Голубая устрица», куда я их послал, и не могут найти. Удачи в поисках, а мы погнали дальше.
Что там, дальше, делали эти неудачники, я не в курсе. Мы, сначала потихоньку, а потом всё быстрее стали углубляться в частный сектор. В какой-то момент, прямо рядом с нами, раздались крики и радостные вопли. Катерина, почему-то решила, что это наши преследователи. Она резко свернула в сторону и прибавила скорости. Так и бежали, если это можно так назвать, до упора. Собственно это всё, что произошло, до того момента, как мы пришли к Кате в дом.
Ужин меня порадовал. Жареная картошечка со шкварками и салатик из редиски с зелёным луком заправленный сметаной, в прикуску с чёрным хлебом. На мой вопрос:
Откуда такое богатство, ведь сейчас не сезон? Для молодой картошки ещё рано, а старая наверное давно закончилась.
Катя мне ответила:
Соседи поделились. У них немного осталось, после посадки. Пол-мешка отдали за два рубля. Хорошая цена, если учесть, что на рынке торгуют по пятьдесят копеек за килограмм.
Мне на это нечего было сказать. Я не в курсе нынешних цен, а память Вилора молчит. Не ходок он был по рынкам. С другой стороны - а не пофиг ли мне? Покушали и нормально. Так что разговор, на эту тему, сам собой закончился. Мы, ещё долго пили чай и разговаривали на разные темы. Обсудили всё. Даже ненастную погоду затронули. Как оказалось июнь 1949 года выдался холодным. Температура днём, редко была выше двадцати градусов, а буквально, на позапрошлой неделе, ночью, вообще приближалась к нулевой отметке. Поэтому все, у кого были сады и огороды, ночью жгли костры. Повезло, что у хозяев дома, где Катя снимает комнату, было прошлогоднее сено. Его и использовали, для создания дымовой завесы. Не знаю помогает это или нет, но вроде всё обошлось.
Катя, после моих неоднократных просьб, наконец-то прояснила всю ситуацию с нападением. Всё просто и банально. Один из напавших оказался её несостоявшимся женихом. Она, уже полгода как, перестала с ним встречаться. Парень был любитель выпить, что собственно неудивительно для этого времени. Но, как оказалось, выпивши он становился буйным и неуправляемым. Это и стало причиной размолвки. Ведь никому не запрещалось, после работы зайти в одну из многочисленных рюмочных или пивных и выпить. Так этот парень выпивал ежедневно и регулярно, после работы, в компании или в одиночестве. Тем более, что в Калуге питейные заведения были на каждом углу. Так уж получилось или просто нам не повезло, но впервые, с момента расставания, они встретились сегодня. Дурацкая ситуация получилась. Но, слава недремлющему оку деда, всё закончилось нормально.
Пока окончательно не стемнело, мы вышли во двор, чтобы посидеть на свежем воздухе. Соседей не наблюдалось, так что никто не мешал нам наслаждаться видами калужского бора и поймы речки Яченки. Сейчас я уже сориентировался и знаю район, где нахожусь. Кстати этот дом, а точнее место, где он находится, мне знакомо. Тут, в далёком будущем, я принимал участие в строительстве больницы УВД. Один из первых моих субподрядов, где я выступал в качестве бригадира. Да-с...есть что вспомнить.
Незаметно стемнело. Катерина пошла в дом, а я остался ждать команды к отбою. Сидел на скамейке, смотрел как постепенно погружаются в темноту окрестности. Мысли, как таковые отсутствовали. Мне было просто хорошо. Вдалеке, то удаляясь, то приближаясь тарахтел двигатель мотоцикла. Но, даже это не могло испортить мне настроение. Эх! Ещё бы музыку, какую-нибудь подходящую под настроение, типа баллад от группы «Scorpions» или «Blackmores Night», было бы вообще замечательно. Но, чего нет того нет.