Я проснулся уже ближе к вечеру. Проснулся от голода. Есть хотелось неимоверно! Ополоснулся под душем и вперед, в столовую. Там ужинала первая эскадрилья. Я принял сто грамм фронтовых и накинулся на большую тарелку борща, хорошо сдобренного сметаной. Только когда была прикончена вторая порция первого и передо мной появилась свиная отбивная с жареной картошкой, ко мне за столик присел комэск-один капитан Володя Лагутин.
Ну, рассказывай, майор, как вы фашистов били.
Я непонимающе посмотрел на него, потом скосил взгляд на свое плечо. На погоне был только один голубой просвет и три маленьких звездочки. Вовка довольно расхохотался.
Когда разведка проявила пленку и доложила наверх, через два часа телетайпом приказы посыпались. Командиру полка подполковника дали и заместителем начальника дивизии поставили.
А кто у нас теперь командиром будет? спросил я, уже начиная догадываться.
Майор Сталин! ответил довольный капитан, Рычагов, говорят, сразу приказы подписал, как только ему результаты боя доложили.
Да, что-что, а "фронтовой телеграф" у нас передает новости быстро. Как ни пытаются соблюдать секретность, но о наступлении или об изменении планов командования все, почему-то, узнают сразу. А вот то, что меня так быстро «поднимают» в этом мире норма. Рычагов, который сам за пару лет от старшего лейтенанта дорос до генерала, иначе в этой ситуации поступить не мог.
Вы двумя эскадрильями сбили сто шесть машин противника! Володька, это было хорошо заметно, просто наслаждался выражением моего лица, Ты сам завалил тринадцать «штук»!
Пока к столу начали подсаживаться другие пилоты, причем каждый норовил поздравить меня с повышением, я попытался припомнить бой. Три моих захода с пуском НУРСов. Максимум шесть «Юнкерсов». Еще семь, когда мы с Колей ножницы делали? Ни разу не промахнулся? Как потом выяснилось, реактивными снарядами я сбил пять «лапотников», помогло хорошее чувство дистанции и гиростабилизированный
прицел. Пушками я расстрелял действительно семь пикирующих бомбардировщиков, но один из них вмазал в соседа и утянул его за собой на тот свет.
Твой ведомый семерых завалил, продолжал меня информировать довольный комэск-один.
Сколько не вернулось? перебил я его.
Четверо из второй, тут же посмурнел Володя.
Треть эскадрильи. Много.
Двое выпрыгнули, добавил кто-то, может, выйдут?
Полсотни километров по нашпигованной противником территории? Вряд ли. Лишь бы живы остались. Немцы в «котлах» уже начали сдаваться. Расстрелять наших в таком положении не должны.
В столовой появился уже с двумя звездами на каждом погоне бывший командир полка с Алексеем Устименко. У него тоже прибавилось по звездочке. Н-да, звездопад какой-то сегодня. Сидели мы очень долго. Наши объекты передали под охрану другим частям, а, теперь уже моему полку дали сутки отдыха. Постепенно подтянулись проснувшиеся ребята из второй эскадрильи и из бывшей моей третьей. Помянули погибших и обмыли повышения. Знатная пьянка получилась. Попробовали разобрать бой. Кто что делал и помнит. Сделали вывод, что наши самолеты лучшие в мире. Попытались сравнить с битвой на подходах к Бакинским нефтепромыслам в первый день войны. Там-то сбили больше двух сотен машин противника. Потом все-таки решили, что мы молодцы. В Азербайджане с нашей стороны работало сразу два полка «Яков», а у врага не было истребительного прикрытия. Понадеялись они на неожиданность. В нашем же случае, как точно посчитала по кинопленке разведка, было восемьдесят семь «штук», тихоходных, но довольно точных при поражении наземных целей, пикирующих бомбардировщиков. И сто четыре отличных английских истребителя новейших серий. Не смогли они прорваться к нашей переправе. А ведь там их ждали еще и «Шилки». По две на каждом берегу. И чего фашисты рвутся так перерезать наши коммуникации?
Почему Викентьев не выходит на связь?
* Вариометр указатель вертикальной скорости.
** Stuka" сокращение немецкого термина Sturzkampfflugzeug "Пикирующий боевой самолет"
Только я собрался поработать со своей бывшей третьей эскадрильей, как прибежал посыльный из штаба. К нам летит какое-то начальство. Ну, а кто это еще может быть, если следует Ил-14 в сопровождении двух звеньев прикрытия? Время есть, поэтому быстро к себе в комнату. Долой камуфляж. Свежую рубашку, китель с орденами и медалями. Кожаная портупея. Пройтись бархоткой по яловым сапогам. Вместо пилотки фуражка. Посмотреть в зеркало. Хорош! Вот только Звезды Героя и ордена Ленина не хватает. Указ о присвоении мне высокого звания напечатали во всех газетах на следующий день после того памятного боя под Остроленкой.
Я выскочил из «козлика», когда транспортник уже заходил на посадку. Тяжелая машина коснулась травы точно напротив буквы «Т», выложенной брезентовыми полотнищами слева от размеченной флажками взлетно-посадочной полосы. Одно звено «Яков» село одновременно с «Илом», второе кружило еще над облаками. Истребители по командам техников с флажками заруливают под натянутые на длинных шестах маскировочные сети. Из одного из них залихватски спрыгивает, не дожидаясь пока подтащат лесенку, парень в летном комбинезоне. Снимает пластиковый шлем и поворачивается ко мне. Главнокомандующий ВВС генерал-лейтенант Павел Васильевич Рычагов. На лице генерала улыбка. Доволен, что опять смог подержаться за ручку управления боевой машины. У командующего