Я стражу позову, заявила она рыдая.
Ты совсем идиотка, что ли? с удивлением поинтересовался я. С каких это пор неудачливые уличные грабители зовут стражу?
Ещё вопрос кому из нас поверят, заявила она.
Никакого вопроса, заверил я её. Поверят дворянам, то есть нам. Но я даже не стану поднимать вопрос о доверии. Я потребую допроса с эмпатом, и он моментально выяснит, что ты оговорила дворян, чтобы покрыть грабителей. Ты пойдёшь в тюрьму вслед за ними, и срок у тебя, кстати, будет больше, чем у них.
Что же ты такой трусливый, сменила тему она, спрятался за свою девку.
Ленка тихо засмеялась.
Я не люблю драться, серьёзно объяснил я, а моя жена любит, вот и всё. Ну ладно, пора посмотреть, что за улов тут у нас.
Я подошёл к Сёме, который уже пришёл в себя и ошалело тряс головой, пытаясь понять, что же с ним произошло. Я пнул его в бок, заставив охнуть.
Ты лучше лежи смирно, посоветовал я ему, а то я тебе что-нибудь сломаю. Дай-ка свою карточку гражданина.
Потребовалось ещё несколько пинков по рёбрам, чтобы он неохотно протянул свою карточку. Порядком протрезвевший Матюха свою карточку отдал без дополнительного стимулирования.
Фамилия одинаковая, заметил я. Братья, что ли?
Братья, мрачно подтвердил Семён.
А она тебе кто?
Сеструха.
У вас в семье, похоже, только сестра умная, рассеянно заметил я, изучая карточки. Лен, ты будешь смеяться, но они оба с «Милика». А код подразделения двадцать четыре на «Милике» не помнишь, что это у нас такое?
Помню, сказала Ленка посмеиваясь. Это кузнечно-прессовый.
Кузнецы, значит. И дух ваш молод , да?
Чевось? тупо переспросил Сёма.
Тебе не кажется, Лен, что вокруг нас как-то слишком уж много кузнецов? спросил я, не обращая внимания на Семёна.
Ну с этими-то кузнецами мы легко можем расстаться, улыбнулась Ленка. Что ты собираешься с ними делать?
Сдать страже?
Не хотелось бы позориться, задумчиво сказал я. Представляешь, как я буду объяснять страже, что меня грабят мои собственные рабочие?
Со стороны девчонки донеслась волна ужаса, которая тут же сменилась отчаянием. Она сидела на земле и тихонько всхлипывала, явно не ожидая уже ничего хорошего.
Значит так, Семён, и ты, Матвей, начал я, приняв, наконец, решение. Завтра вы явитесь на завод как обычно, на проходной доложитесь охране и будете там ждать Антона Кельмина. Карточки ваши будут у него, он и назначит наказание. А теперь поднялись и пошли вон отсюда.
Долго себя упрашивать они не заставили. Уже через полминуты до нас доносился забавный диалог издалека:
Ну что ты дерёшься, Настька, плаксиво басил Семён.
Погоди ещё, вот дома батя вам пропишет, придуркам, злым голосом сулила Настька.
Ну чё ты, Насть, зачем бате рассказывать.
Ленка засмеялась, слушая удаляющиеся голоса.
Что ты с ними решил-то?
Скажу Антону, чтобы подыскал им на завтрашний день работку потяжелей и погрязней. Канализацию почистить или ещё что-нибудь в таком роде. Самое то с похмелья.
Разжалобила она тебя?
Разжалобила, признал я. Такое чистое горе, еле удержался, чтобы просто их не отпустить.
Они вообще-то преступники.
С точки зрения закона да. Но судья их тоже в тюрьму не послал бы, разве что я стал бы настаивать. Всё-таки есть разница между уголовником и обычным придурком, который выпил и захотел покуражиться. Ладно, пойдём отсюда, а то попахивает здесь после того, как ты Матюху протрезвила.
Пойдём, вздохнув, согласилась Ленка. Вот уж точно придурки, такой вечер испортили.
Зато подралась, заметил я. Отличное развлечение для красивой женщины избить мужчину. А лучше двух.
Ленка больно ткнула меня в бок.
Или трёх, меланхолично добавил я.
Разглядывая местное граффити на всем протяжении пути от автостоянки для гостей, я наконец дошёл до неприметной двери рядом с закрытыми воротами, которая распахнулась, не дожидаясь, когда я нажму кнопку звонка.
Господин Кеннер, нерешительно сказал один из охранников, которого я раньше не видел, но который показался мне смутно знакомым, возможно, вам забыли сообщить, но у нас есть распоряжение пропускать вашу машину на территорию. Без досмотра.
Даже так? удивился я. Нет, мне не сообщали. Буду иметь в виду. Я присмотрелся к нему повнимательнее и заметил, Кстати, ваше лицо мне кажется знакомым.
Виноват, господин Кеннер, побледнел охранник. У нас был приказ так себя вести.
В этот-то момент я его и вспомнил это был один из тех двух быков, которые пять лет назад привезли меня сюда, а затем таскали из камеры в кабинет Ольги Ренской.
Я не держу зла, немного поразмыслив, я пожал плечами. Встреться вы мне раньше, возможно, для вас это кончилось бы плохо, но с тех пор прошло много времени. Да и тогда мои претензии были всё же в основном к Ольге.