- Куды прешь, зараза? - Вывел литвина из задумчивости зычный голос караульного, разом напомнив, что он в плену.
- Человек образованный, сказал бы: "кво вадис, инфекция***", - назидательным тоном ответил он здоровенному стрельцу, чтобы не показать испуга.
- А будешь лаяться по непонятному, в рыло дам! - Широко улыбнувшись, посулил ему часовой.
- О времена, о нравы! - Воскликнул патетически Корбут, но испытывать судьбу более не стал и опасливо покосившись на пудовые кулаки караульного повернул назад.
----------
*Примус. - Primus. Первый (лат.)
**Имя Акакий имеет греческое происхождение и образовано из двух смысловых частей. Первая часть это отрицание, то есть - "не", а вторая часть "злой", "злобный".
***Quo vadis, infectia (лат.) - Куда идешь, зараза.
Первушка тем временем доскакал до города и в воротах наткнулся на Пожарского, который в сопровождении челяди куда-то направлялся. По военному времени, князь и его спутники были в бронях, только у самого Дмитрия Михайловича вместо шлема на голове была обычная шапка с соболиной опушкой.
- Господине, - закричал парень, спрыгнув с коня и поклонившись прославленному воеводе.
- Чего тебе? - развернулся в его сторону князь.
- Вот, велено в руки передать, - еще раз поклонился Первак и подал роспись.
Пожарский, в отличие от многих бояр, был не только грамотен, а скорее даже хорошо образован, так что, подхватив грамотку, быстро прочел ее содержимое и нахмурил брови.
- Пушки лишними не будут, - задумчиво проронил он, - но на стены их сразу не затащишь... Ладно, государь мне сказывал, что отдаст пушки у ляхов захваченные. Сейчас пошлю людей за ними.
- Не прикажешь ли чего, князь Дмитрий Михайлович?
- Ступай с богом, да скажи: все сделаем, как государь повелел.
Вернувшись после разговора с воеводой в лагерь, Анциферов кинулся к царскому шатру и застал там прелюбопытнейшую картину. Вышедший из шатра государь на чем свет стоит материл валяющегося у него в ногах боярина.
- Да лучше бы ты сам утонул, песий сын! Чтоб тебя проклятущего все окрестные русалки защекотали скопом, к сожительству принудили!
Толпящиеся вокруг свитские смотрели на провинившегося боярина без малейшей приязни, похоже прикидывая уже, где его ловчее будет повесить. Царь, однако, приказа о расправе не дал и, закончив ругаться, коротко приказал, будто сплюнул:
- Пшел вон отсюда, чтобы глаза мои тебя не видели!
Первушка бочком протиснулся к стоящему неподалеку Янеку и тихонько спросил:
- Чего это тут стряслось?
- Кажется, этот боярин...
- Князь Петр Пронский...
- Да, наверное, так вот, он должен был доставить пороховой обоз, но по какой-то причине порох им доставленный оказался подмоченным. То ли под дождь попали, то ли при переправе намочили.
- Беда-то какая!
- Угу, - неопределенно буркнул литвин, внимательно наблюдая за царским шатром, как будто высматривая кого-то.
- Первак, где тебя черти носят? - Беззлобно ругнулся подошедший к ним Пушкарев.
- Да как же, Анисим Савич, сам же посылал с росписью к князю Пожарскому!
- Верно, посылал, - вспомнил полуголова, - ну и что, отдал роспись то?
- А как же, Дмитрий Михайлович велел передать, что все исполнит, как государь повелел.
- Исполнит, куда же он денется, - вздохнул Пушкарев, - вот только теперь без ляшского зелья. Пушки и ядра отдадим, а порох себе оставим.
- Нешто все так худо?
- А! - Махнул рукой поморщившись, Анисим и продолжил: - Ты вот что, бери в охапку своего литовского дружка и ступайте-ка оба к государю.
- Зачем? - Испугался Анциферов.
- А вот там и узнаешь, идите, кому сказано!
Делать нечего, пришлось Первушке, взяв с собой Янека, идти к царскому шатру. Государь к тому
времени уже зашел внутрь и дорогу им преградили скрещенные протазаны податней.
- Куда вас нелегкая несет? - хмуро спросил один из них, рослый детина в посеребрённом панцире и шлеме.
- Государь велел...
- Нет, ну ты посмотри какие сановные люди! - Едко воскликнул второй, несколько более тщедушный податень одетый точно так же. - Их, оказывается, государь кликнул...
- Не говорили про вас ничего, - решительно перебил его здоровяк, - шли бы вы болезные, отсюда подобру-поздорову пока целы, уж больно царь нынче гневен!
- Государь велел, - насупившись, повторил Анциферов.
- Ничто, другой раз будешь знать как рындам и податням дорогу переходить! - Злобно прошипел второй. - Иди отселева, пока ратовищем* не огрел!
---------------
*Ратовище. - Древко бердыша, протазана или рогатины.
Тут из шатра выглянул сам Михальский и, увидев что Первушка с Янеком уже пришли, велел их пропустить.
- А вот и они, прекрасная панна, - воскликнул я, увидев входящих молодых людей. - Насколько я понимаю, с паном Корбутом вы знакомы, а второго зовут Акакием Анциферовым.
- Паном Корбутом? - С непередаваемой интонацией, в которой удивление смешалось с легким сарказмом пополам с презрением, воскликнула Агнешка, - ах это ты Янек...
- Счастлив видеть вашу милость в добром здравии, - пролепетал литвин, едва не упав в обморок при виде предмета своей страсти.
- Ну, насколько я понимаю, ваш старый знакомый - шляхтич, а потому "пан", - широко улыбнулся я.