«Россия, бывшая имперская хозяйка Украины, возмущена
теплыми отношениям Киева с НАТО и регулярными военно-морскими учениями в Черном море, где мощь и влияние Москвы резко ослабли после распада Советского Союза в 1991 году».
ЭПИГРАФ
Не время слушать о том, что мы нарушаем права человека. Это неправда. Мне не нравиться это слышать. Это не хорошо для моих волос, и я знаю реальную ситуацию и считаю, что России следует быть жестче Мы будем сопротивляться и применим оружие, и не только ядерное. Мы сбросим вас в Ла-Манш. Мы загоним всех правозащитников в туннель между Лондоном и Парижем и замуруем их там. Владимир Жириновский, лидер российских ультранационалистов. Рейтерс, 7 апреля 2000
ПРОЛОГ
Блэр Хаус, Вашингтон, округ Колумбия 20 января 2001 года
Да что они, черт подери, там делают? Взволнованно пробормотал старший делопроизводитель Верховного суда США. Он снова постучался в дверь апартаментов Трумэна, главных гостевых апартаментов в Блэр Хаус. За его спиной ждали председатель Верховного суда, несколько сотрудников спецслужб и людей из управления Блэр Хаус. Какого черта они так долго, когда председатель Верховного суда и большая часть мира ожидают их?
Через несколько мгновений избранный президент лично открыл дверь.
Входите, пожалуйста, джентльмены, сказал он со своей вечной полуулыбкой на лице. Добро пожаловать. Надеюсь, я не заставил вас слишком долго ждать.
Конечно нет, губернатор Торн, ответил председатель Верховного суда с легкой улыбкой. Не волнуйтесь я беспокоился не за себя. Это ваше время. Вероятно, это последние минуты мира и покоя, которые будут в вашем распоряжении довольно долгое время.
Избранный президент покачал головой и улыбнулся, словно совершенно не обращая внимания на то, что должно было состояться в ближайшее время. Нонсенс, ваша честь. Мир есть состояние ума, а не места или времени.
Конечно, председатель верховного суда и делопроизводитель обменялись взглядами и тихими комментариями «да, он странный, но все нормально».
Клерк посмотрел на часы, а затем на председателя верховного суда с тем же беспокойством, которое выражал, ожидая, когда их пропустят внутрь. Избранные президент и вице-президент должны были выступить на Западном портике Капитолия через двадцать минут, начиная церемонию инаугурации. В реальности праздничные мероприятия уже начались военный парад в честь уходящих с должности президента и вице-президента, выступление «Марин Бэнд» оркестра Корпуса Морской пехоты США, а также различные выступления и поэтические чтения в ознаменование первой мирной передачи власти в США в новом тысячелетии.
Приведение к присяге избранного вице президента ожидалось за десять минут до полудня. За присягой последует исполнение марша, избранного вице-президентом. Он, будучи наполовину индейем-семинолом, избрал для этого «Тему Джона Данбара» Джона Барри из «Танцев с волками», переходящую в «Симфонию нового мира» Майкла Тилсона Томаса. Присяга избранного президента должна была начаться в течение тридцати секунд до полудня, чтобы его слова «И да поможет мне Бог», завершающие клятву, были произнесены ровно в первую секунду после полудня. За присягой последует исполнение Марин Бэнд «Привет вождю»[3], а затем президент выступит с инаугурационным обращением к нации. Затем последует встреча в руководством Конгресса, членами Верховного суда и другими высокопоставленными лицами и гостями в Президентском зале Капитолия.
Затем состоится шествие по Пенсильвания-авеню к Белому дому, возглавляемое новыми президентом и вице-президентом, и, как ожидалось, их женами, в продолжение традиции, заложенной Джимми и Розалин Картерами, на всех двенадцати участках шествия. На вечер по всему Вашингтону было запланировано около пятнадцати инаугурационных приемов. Новые президент и вице-президент вместе с женами должны были, как минимум, появиться на каждом из них и сделать полный круг по залу. Все это координировалось до секунды и создавало сильное давление организаторов даже на судей Верховного суда.
Торн протянул руку председателю верховного суда, когда тот вошел в зал.
Председатель Томпсон, рад видеть вас снова, сказал он. Здесь, я полагаю, мы предварительно рассмотрим программу?
Да, губернатор, сказал председатель
с легким нетерпением в голосе. У нас немного не хватает времени, так что я бы
Да, да, я понимаю. Драгоценный график, сказал избранный президент с обезоруживающей улыбкой. Зал был переполнен, но все присутствующие вели себя идеально, сидя спокойно, без суеты или иных признаков нервозности. У избранного президента было пятеро детей, всем из которых было менее восьми, но все они сидели тихо, в лучшем случае, едва перешептываясь можно было подумать, что они были самыми лучшими детьми в мире. Мы готовы вас выслушать.
Томас Натаниэль Торн, бывший губернатор штата Вермонт, был темной лошадкой. Высокий, по-мальчишески красивый, с волнистыми волосами, начинающими седеть, но все еще светлыми ему было всего за сорок с вечно надмирным взглядом голубых глаз и легкой улыбкой, он был самой стремительно восходящей звездой на американском политическом олимпе. Будучи основателем и главой Джефферсоновской партии, Торн был первым альтернативным кандидатом, избранным в президенты с тех пор, как на этот пост вступил Авраам Линкольн со своей новообразованной Республиканской партией.