Немец взревел от боли, но мне не было до него никакого дела. Зачем жалеть врагов, которые пришли тебя убивать?
Я вернулся в свой полуразрушенный окоп и свалил в кучу автоматы и гранаты. Пока я отсутствовал, Петьку и убитых командиров куда-то унесли. Не было и раненого штабиста. Также отсутствовал командир роты, воин из будущего и начальник разведки. Ну и что делать дальше? Надо восстанавливать огневую точку. Я взял сапёрную лопатку и начал выбрасывать землю со дна окопа на бруствер. Ничего. Восстановлю, правда, в больших размерах своё убежище и буду ждать А чего мне здесь ждать? Новой вражеской атаки? Предполагаю, что пора бы уже и пообедать, и потом немного вздремнуть. Ну и где кухня? Мы отбили натиск фашистов и неужели нас за это не поощрят вкусной или, хотя бы, большой порцией каши с мясом. Я из индивидуальной фляжки сделал несколько глотков и подумал, что Мусина, наверное, расспрашивают о будущем в штабе. Но кто расспрашивает? Командир полка убит, особист убит, комбат убит. А вот начальник разведки и командир роты могли серьёзно заинтересоваться - как человек из будущего попал в наше настоящее? Интересно, а как ему это удалось? Так. Серёге лет двадцать- двадцать два. Родился он в тысяча девятьсот девяносто втором году. Мусин к
нам прибыл из двадцать первого века. Неужели, это в самом деле стало возможным. Он что-то рассказывал о том, что вместе со своим сослуживцем залезли в кусты, чтобы спрятаться от дождя. Потом провалились в какой-то тоннель и где-то недалеко отсюда вылезли из подземного хода. Серёга так рассказывал, или я что-то напридумал? Но больше он ни о чём не говорил потому, что в тот момент что-то взорвалось.
Я услышал свист. И этот свист не спутаешь ни с каким другим, потому что он сопровождает полёт артиллерийских выстрелов. Я лёг на дно окопа лицом вниз и ладонями закрыл уши. Во время обстрела я хотел только одного,- чтобы немцы не попали в полевую кухню. Враги снарядов не жалели. Меня присыпало землёй с бруствера. Ну и зачем я выкидывал землю из окопа? Неужели только затем, чтобы снова быть ей присыпанным? Я очень расстроился, потому что мартышкин труд не облагораживает человека. Я отряхнулся, откашлялся и выглянул из окопа. Немецкие танки двумя рядами приближались к нам. За ними бежали пехотинцы, ехали мотоциклы с пулемётчиками и несколько бронетранспортёров. Ну, против живой силы и лёгкой техники оружия у меня было, а вот «возьмёт» ли немецкая граната танк - я не знал. Была бы изолента, тогда можно было бы связать несколько гранат и бросить их под гусеницу. Правда, у меня был « коктейль Молотова», но, к сожалению, только одна бутылка. А после артиллерийского обстрела у нас пушки остались, или все разбиты? Кого бы спросить?
Вдруг в мой окоп снова свалился Мусин и заговорил:
- Капитан приказал мне, тебе и ещё семи солдатам отправиться в мою часть, быстро взять гранатомёты и вернуться сюда, чтобы не пропустить фашистов. Ползи за мной.
Я показал на трофейное оружие:
- А это куда? Врагам оставить?
- Так. Возьмём по автомату, паре гранат, а за остальным другие присмотрят. Поползли.
- А зачем ползти, если можно бежать, пригнувшись?
- Ладно. Бежим, пригнувшись. Вперёд!
И только мы побежали, как враги открыли по нам автоматно-пулемётный огонь.
- Я же говорил, что ползти надо,- крикнул Серёга и плюхнулся на землю. Так нас не подстрелят.
Мы поползли. К нам присоединились ещё воины. А фашисты то ли в бинокли нас разглядели, то ли просто стреляли из танков наугад, но урон нанесли. Из нашей группы троих убили, одного ранили и мы впятером по-пластунски продолжали двигаться в будущее.
- Нам куда?- спросил я.
- Вон туда, к обрыву со стороны реки,- ответил Мусин. Там тоже заросли кустарника и подземный ход начинается.
- И что? Пройдя по тому тоннелю, мы попадём в твою часть?
- Нет. Мы попадём на полигон, на котором бывают учения. Фу-у. Запарился в жару такую.
Действительно, было жарко, хоть и не как в июле, но всё равно припекало довольно-таки не слабо. Это ж надо на небе ни облачка, а немецкой авиации нет. Фашистские самолёты обрабатывают позиции наших войск на других участках фронта, или им бомб не подвезли? А может горючка закончилась или пилоты пьяные? Я увидел убитого воина в такой же форме, в какой был и Мусин.
- Это мой товарищ,- сказал Сергей.- Он успел подбить один танк и погиб. Ребята, его нужно доставить в нашу часть. Подземный ход напоминает трубу сечением где-то метра полтора и длиной метров сто. Генку возьмите под мышки и за ноги. Двое его спокойно донесут. Он же худенький и маленький.
- Да тут все худые,- проговорил Колька Ермошкин - ефрейтор из первого взвода.
- Точно. Вы доходяги, как будто только из концлагеря вышли,- согласился гость из будущего.
- Когда живёшь впроголодь, да ещё постоянные нервные напряжения, то разве можно поправиться?- проворчал Матвей Седых - красноармеец из нашего отделения.
- Голод и нервное напряжение - это из-за фашистов что ли?- спросил Мусин.
- Не только из-за них,- ответил Матвей.
И в это время, недалеко от нас разорвался арт-выстрел. Женька Ручкин вскрикнул и схватился за бок.