- А я думаю, где
вы пропадаете. Что тут у вас?
- Да вот, Надежда очередную политинформацию проводит.
- Достаточно нескольких минут, чтобы ракеты поразили любой советский город. Например, Москву.
- Ну, хорошо, что мы не в Москве живем. Чего ты, Надежда, так разоряешься?
- А что, в Москве разве не советские люди живут. Как ты можешь так рассуждать. Вроде как твоя хата с краю, и ты ничего не знаешь?
- А что, если капиталисты, так можно и не жалеть? В Москве люди живут получше, хоть и такие же советские. Колбаса и мясо там свободно лежат в магазине.
- Ох, раньше бы тебя за такие слова, Любочка благожелательно протянула Анна Семеновна. В пылу споров, никто не заметил, как старушка тихонько зашла в помещение.
- Так, все здесь. А на абонементе кто?
Любочка взяла Анну Семеновну под руку и гордо вырулила из помещения. Надежда еще постояла некоторое время в задумчивости и тоже вышла.
Ангелина осталась один на один с проблемой рваных сапог. Может плюнуть и сразу начать искать туфли? В перспективе наступающего тепла, покупка сапог уже неактуальна и может быть отложена на осень. Ну, а там может ей и не придется с этим разбираться. Вдруг, вселенная вспомнит о ней и вернет все на свои места.
На абонементе около кафедры выдачи литературы топталась пенсионерка в шляпке. Любочка ей уже предлагала присесть, и Ангелина поняла, что это надолго и прошмыгнула за стеллажи.
Книги на столе с немым укором смотрели на нее. Надо попробовать расставить книги. Рано или поздно все равно придется ей с этим разбираться. Можно начать с художественной литературы. Она отобрала несколько книг, которые на ее взгляд точно были из разряда художественных.
- Ну, всяко ты справишься. Ты и сложнее задачи решала, так что давай, грудь подбери и вперед бормотала она себе под нос, подбадривая себя.
- Вера, ты что творишь? голос раздался так внезапно, что Ангелина вздрогнула от неожиданности.
- А что не так? Расставляю книги неуверенно сказала она и оглянулась. За спиной стояла возмущенная Надежда.
- Ты что не знаешь, что исторические романы мы ставим на отдельную полку? У нас вот здесь подборка стоит.
- Знаю, просто я задумалась. Ты что, следишь за мной?
Это она еще по отраслям не расставляла, на самом простом прокололась. Похоже, стоит прикинуться дурочкой и как-нибудь в шутливой форме расспросить Любочку как книги расставлять.
- Ты чего, серьезно забыла? Любочка округлила глаза ну, ты даешь, мать. Смотри, вот в углу цифровой шифр, видишь? Теперь ищешь на полке такой же разделитель и ставишь за него книгу. Поняла?
Ангелина кивнула. Было неприятно чувствовать себя дурой, но ничего не поделаешь. Надо как-то выкручиваться, а то она уже реально стала бояться Надежды.
- Ты чего расстроилась то? Ну забыла, бывает. Хотя на твоем месте я бы сходила в поликлинику, вдруг у тебя склероз и надо лечиться.
- Я не из-за книг. Мне обидно, что Надежда меня выслеживает и подозревает как преступницу.
- Ой, да это у нее характер такой, это она не со зла. Пойдем, чаю попьем и обсудим сложившуюся ситуацию.
Любочка крикнула Анне Семеновне, чтобы та поставила чайник и начала выпроваживать пенсионерку в шляпке.
- Возьмите вот журнал «Новый мир», там такая интересная статья про Пастернака. Да и новый роман Чингиза Айтматова «Плаха».
- Деточка, дак ведь номер старый за 1986 год, а я просила новый.
- Нового пока не было, а вы старый перечитайте. Даже если роман читали, можно освежить память. Возьмете?
Любочка кого угодно уговорит и успокоит. Чего ей не везет в личной жизни, ведь все при ней?
- Чай надоел, а кофе не могу купить. У твоей морячки не завалялся?
- Красиво жить стала, Верочка. Молодец, так и надо. Если себя не любишь и не балуешь- кому ты нужна? Вон Надежда яркий пример такой нелюбви.
Любочка разлила бледный чай по чашкам и достала из сумки две шоколадные конфетки. Одну протянула Ангелине.
- Кофе индийский растворимый тебя устроит? она мило улыбнулась.
- Да, а дорого?- Ангелина помнила заоблачную цену комплекта нижнего белья и с дрожью в сердце готовилась расстаться с крупной суммой.
- Для тебя почти по магазинной цене, не переживай из-за ерунды.
- Ты хотела про Надежду рассказать напомнила Ангелина рассказывай давай, пока кто-нибудь не явился.
- Да чего там рассказывать, тяжело без мужа детей растить, сама понимаешь. Ты же помнишь, раньше она совсем другой была. Веселой, общительной, чаевничала с нами.
Ангелина охотно допускала, что развод так повлиял на характер Нади, но это еще не довод, чтобы прощать и терпеть ее наезды. Надоело. Привыкла отрываться на безропотной Вере.
- Кто кого
бросил то, не помнишь?
- Так год назад дело было, отлично помню. Муж у нее запойный, она долго терпела, а как его за пьянство с работы очередной погнали плюнула. Подала на развод.
- Так пьянство это болезнь. Может, его лечить надо было?
Под разговоры о муже-алкоголике, Ангелина вдруг вспомнила о своем муже. Сердце защемила от непонятной тоски. Максим по полгода пропадал в море, она привыкла, что его нет рядом. Вот и сейчас, она представляла, что он где-то в районе Средиземного моря зарабатывает для семьи деньги. Тяжело одной с двумя детьми, но ведь она привыкла.