Хватит об этом, грустно вздохнул батя и, судя по звуку, затянулся дымком. Курит, значит. Ну, кто я такой, чтобы запрещать?
Как скажешь, бать, откусил шоколад и запил водой. Пора переходить к делу. Слушай, может всё же пришлешь в академию парочку гвардейцев. Маше безопаснее будет, да и я смогу с ними в весёлых приключениях поучаствовать.
Опять ты за своё! голос у него сразу
стал строгим. Не дорос ты ещё, Добрыня, гвардией командовать. А насчёт войны не переживай: скоро всё уладим, как только я выйду из больницы.
Обидно? Конечно! Но батя не знает моей реальной силы, и за это ему скидка. Зато теперь я понимаю, в кого Маша такая упрямая. Снова запел старую песню, что у них там всё под контролем, а нам с Машей надо учиться и сидеть в академии, пока взрослые дяди играют в солдатики. Ну-ну, легко сказать Маша-то усидит спокойно? Сомневаюсь.
В итоге поговорили ни о чём, а я надеялся, что он поймёт всю серьёзность. Хотя вроде и понимает, но всё равно считает, что война это не детское дело, и нам лучше не вмешиваться. Конечно, пусть детишки строят замки из песка, пока приближается цунами. Отличный план!
Судя по нашему скудному арсеналу и жалкому числу гвардейцев, Добрыниным не выстоять Это вопрос только времени.
Что ж, придётся мне выйти из тени и принять весь удар на себя. Кто, если не я, этим всем займется?
Глава 4
А почему мы Радугины? Что, наши предки радугу смастерили? выпалил один из сыновей графа, тот самый, которого за спиной все называли самым тупым.
Он уставился в потолок, словно там что-то увидел.
А как же, Мишенька, наши предки радугу приколотили к небу гвоздями! язвительно ответил отец. Лучше скажи, что ты здесь делаешь?
Ты же сам говорил, что после завтрака будет серьёзный разговор в кабинете, Михаил удивленно уставился на отца.
Граф Руслан Радугин нервно поправил свою причёску и сжал челюсти так, что даже зубы заскрипели. Он изо всех сил старался не превратить кабинет в место преступления.
Вот именно, серьёзный! рявкнул он, покраснев. Так какого чёрта ты сюда припёрся? Я имел в виду твоего старшего брата! отец ударил кулаком по столу, и тот жалобно заскрипел.
Миша вспорхнул, как пугливая куропатка, и выскочил из кабинета. Старший же сын Геннадий хмыкнул и бесцеременно развалился в кресле.
А ты чего ухмыляешься, лупоглазый? граф переключил свой яростный взгляд на него, лицо его стало красным. Ты всё запорол, безмозглый кретин!
Геннадий поморщился, будто ему предложили съесть лимон вприкуску с солью, и посмотрел на отца с возмущением. Затем закинул ногу на ногу и начал вертеть очки в руках.
Отец, к чему такие оскорбления? Я же твой первенец, продолжатель нашего славного Рода, произнёс он с напускным достоинством. И вообще, я тут ни при чём.
Он начал вываливать на отца мешок своих претензий:
Я давно просил поставить меня во главе охраны вместо Астахова. Такие посты должны занимать родные кровинушки, а не наёмные профессионалы, даже если они знают, что делают. Я готов взять на себя эту ношу! Так что твоё негодование, отец, несколько неуместно.
В ответ Геннадий получил такую сочную оплеуху, что у него в ушах зазвенело, и вдобавок набор цветастых эпитетов в свой адрес.
Ты, недоделанный головастик! граф склонился над сыном. Силу имеешь, а мозги где? Забыл в детстве?
Геннадий едва не свалился с кресла от таких слов, и уже было собрался напомнить про Астахова, который, хоть и умён, но теперь больничную койку греет. Но, зная нрав отца, предпочёл проглотить этот комментарий.
А? Чего притих? Совесть замучила? Правильно! продолжал давить отец. Ты не смог защитить наше имущество!
И что теперь? Хочешь снять меня с должности главы охраны предприятий? Гена нервно усмехнулся. Я и мои ребята ищем виновных во взрыве завода. Хотя готов поспорить, что это чёртовы Добрынины тут замешаны.
Граф молча плеснул в бокал янтарной жидкости то ли коньяка, то ли чего покрепче сделал пару глотков, и вдруг с холодной усмешкой вылил остатки прямо на голову сына.
Отец, ты что, в своем уме? возмутился Геннадий, стряхивая с волос липкую жидкость.
Заткнись и слушай! рявкнул отец. Мне плевать, кто это сделал! Найди их и вытряси всё до последней капли! Узнай, какой Дар они применили!
Геннадий мгновенно проглотил все слова, которые так и рвались наружу. Он протёр очки, словно пытался стереть реальность, и вернул их на нос. Отец продолжал метать громы и молнии, отчитывая сына за провал с поимкой Добрынина.
Ведь именно Генка разработал ту блестящую операцию по устранению Добрынина в ресторане после экзаменов. Блестящую, если не считать того, что она провалилась с треском. Теперь достаётся всем по полной: и ему, и командиру гвардии, который там всем заправлял.
А откуда мы с командиром могли знать, что княжич Тверской влезет за Добрынина? попытался парировать Геннадий, которому уже всё равно. Ты ведь в курсе, что его там быть не должно было. Да и вообще,
любой нормальный на месте княжича туда бы не полез!
Да это ты, похоже, тупой, а не Мишаня! зашипел граф, размахивая руками так яростно.
На пол полетело всё: бокалы, бумаги, даже семейная реликвия серебряная чернильница, которую берегли со времён бабушкиных интриг. Среди грохота и погрома глава Рода втолковывал сыну суть Тверского Рода. Объяснял, что у тех даже в гербе честь прописана крупными буквами, и никто из них драк не избегает и страха не знает. В общем, те ещё любители помахать кулаками.