Я имел в виду, что я, выходит, не живой он опустил голову.
А что такое жизнь? Ни наука, ни философия не могут дать ответ на этот вопрос, я опять тяжело вздохнула. Для моего ты невозможен. Но это не делает тебя менее живым в твоём.
То есть, мой мир не реален?
Слушай, ты не галлюцинация шизофреника, ты человек, вполне живой и настоящий, я слегка нахмурилась. Просто твой мир был, возможно, создан не так, как мой. Может быть, я тоже придуманный кем-то герой, которого из того мира унесло глубже в ветви творения. Кто может сказать, насколько он реален? Давай остановимся на определении Декарта я мыслю, следовательно, существую.
Франкенштейн вдохнул и выдохнул. И замолчал. Надолго так замолчал. Я ожидала от него гораздо более бурной реакции. Сломанного стула, перевёрнутого стола, крика и ругани. Попыток призвать Тёмное Копьё, а после провала придушить меня так, голыми руками. Но он молча сидел, опустив голову и обхватив её ладонями так,
что пальцы запутались в волосах. Я сидела, молчала и боялась бури.
Вы сказали, поднял голову Франкенштейн, что у вас уже был такой опыт. Какой по счёту этот мир для вас?
Это я ненадолго задумалась, считая. Выходит, одиннадцатое путешествие. Хотя в этом мире я уже бывала.
И как вы его покинули? заинтересовался он.
Тебе не понравится, мрачно изрекла я, вспоминая.
И всё же, я настаиваю, сурово посмотрел на меня Франкенштейн.
Ну, я покинула его в буквальном смысле погибла, я нахмурилась. По крайней мере, сомнительно, что я выжила после падения на дно ущелья вместе с поездом после подрыва моста.
Только таким образом? он свёл брови.
Чаще я просто теряла сознание, призналась я.
Тогда мы должны он оборвал фразу на середине, поморщившись и сжав переносицу.
У Франкенштейна на лбу выступил пот, глаза покраснели. Похоже, его накрыло воспоминаниями Франкена Штейна, старшего брата-близнеца Фредерики. Ну, или от всей этой информации мигрень разыгралась. Я достала склянку с анальгетиком, наполнила стакан водой и накапала туда пять капель. Посмотрела на учёного и докапала ещё две, после чего придвинула ему стакан. Франкенштейн глянул на него, а затем залпом выпил. Примерно через полминуты его отпустило.
Спасибо, Фреди, он слабо улыбнулся мне, а через мгновение удивлённо округлил глаза.
Не за что, вздохнула я и с кислой миной добавила: Воспоминания один из бонусов посещения нового мира. Нам повезло с миром, на самом деле. Здесь ценится научная мысль. И есть много книг и информации. Так что, полагаю, я смогу найти способ безопасно вернуть тебя домой.
А себя? Франкенштейн нахмурился.
Без понятия, я беспечно пожала плечами. В мире, где мы встретились, я была дольше, чем где-либо до этого. И обычно меня вышвыривало домой. Но вот я здесь, и ещё и ты почему-то тоже здесь. Ты начал что-то говорить, когда тебя прервал приступ головной боли.
Да, я хотел сказать, что мы должны попробовать вырубить меня, он кивнул. Может, получится.
Я бы не особо рассчитывала, я вздохнула. Но давай попробуем.
2. Нескончаемый денёк
Успокоительное, мягко изрекла я, показывая на стакан на столе. Я пойду займусь обедом. Думаю, тебе нужно побыть одному.
Он слабо кивнул, опуская веки и накрывая лицо ладонью. Я вышла в кухню, погружённая в невесёлые мысли. Грибной суп требовал по большей части механического приложения сил, и я могла подумать. Память моя снова неуловимым образом изменилась: я вспомнила уже ненужный канон мира Франкенштейна и напрочь забыла тот, в который попала. Да что ж такое? Более того, я смогла извлечь из недр своего разума тот непреложный факт, что эту работу я не писала. В смысле, у меня была идея кроссовера этих двух миров, в котором Франкенштейн был алхимиком в Аместрисе, но это дальше идеи не зашло. И никаких сестёр у него в той моей идее, конечно, не было. Так что откуда мы тут с ним нарисовались вопрос ещё тот. Причём, у меня не было ощущения того, что все предстоящие события уже прописаны. Как будто и не было никакого сценария.
Франкенштейн пришёл на кухню, когда в суп оставалось только добавить чеснок. За чем, собственно, он меня и застал я срезала продавленные дольки с чеснокодавки над бурлящим в кастрюле тёмным варевом. Он был сосредоточен и слегка хмурился. Я кивнула ему на диванчик около стола, и он сел, оперевшись на локти и сцепив пальцы. С минуту он молчал, а потом глубоко вздохнул.
Давай-ка ещё раз уточним, ровным тоном начал Франкенштейн. Мы вернёмся в тот мир в тот момент, из которого исчезли, так?
Ты вернёшься, поправила я. Я нет. Впрочем, сама по себе Родела там будет.
Сколько времени мы здесь проведём?
Летели два крокодила, один квадратный, другой на север. Сколько стоит бочка разочарований, если еноту тридцать два года? скептически отозвалась я. Без понятия.
Ты можешь этим управлять? он сурово свёл брови.
А вот это сложный вопрос, я вздохнула и выключила плиту, разворачиваясь. Я могла немного влиять на то, что будет происходить, когда уже попадала в такие миры. Ну, не каждый раз, а в некоторых
меня?
Конечно нет, я улыбнулась. Зачем ты им? Они искали того майора.
Ясно, Харай кивнул. С вами был ещё аместриец. Кто он?