Характер любимца императора был далеко не простым. Меншиков был хитроват и лицемерен. Известно, что в Петербурге супружеская жизнь Меншикова ставилась в пример. Знали и то, что, отбывая в частые отлучки, светлейший каждый день писал успокоительные письма жене. В то же время все в столице знали, что вряд ли кто нарушает супружескую верность чаще, чем Меншиков. А про его личные отношения с Петром вообще говорили шепотом и с оглядкой. Известно дело каптенармуса Преображенского полка Владимира Бояркинского, который, проезжая однажды мимо дворца генерал-губернатора, неосторожно попытался объяснить своему родственнику, отчего так богат Александр Данилович. «Оттого, что царь живет с Данилычем блно». То, что родственник несчастного каптенармуса оказался доносчиком, к нашему рассказу отношения не имеет.
Из «птенцов гнезда Петрова» чрезвычайно популярен у современников был Яков Вилимович Брюс один из образованнейших людей своего времени, блестящий сподвижник Петра, математик и астроном, сенатор, президент Берг- и Мануфактур-коллегий. По происхождению шотландец, предки которого прибыли в Россию чуть ли не за сто лет до основания Петербурга, он ревностно и честно служил России. Был вместе с Петром во всех его главных военных походах, а в Полтавском сражении командовал всей русской артиллерией. Брюс вошел в историю как автор первого в России календаря, получившего в народе название Брюсова, хотя, согласно одной малоизвестной легенде, календарь этот не имел к Брюсу никакого отношения.
В Петербурге Брюс слыл магом и чародеем, чернокнижником и волшебником. До сих пор можно услышать легенды о хитростях, которые «знал и делал он, додумался и до того, что хотел живого человека сотворить. Заперся он в отдельном доме, никого к себе не впускает. Никто не ведал, что он там делал, а он мастерил живого человека. Совсем сготовил из цветов тело женское Осталось только душу вложить, и это от его рук не отбилось бы, да на беду его подсмотрела в щелочку жена Брюса и, как увидела свою соперницу, вышибла дверь, ворвалась в хоромы, ударила сделанную из цветов девушку, та и разрушилась».
Брюс умер в 1735 году, на десять лет пережив своего императора. Однако фольклор пренебрег историческим фактом ради еще одного штриха в характеристике этого необыкновенного человека. Сохранилось предание, что, умирая, Брюс вручил Петру склянки с живой и мертвой водой. Если царь пожелает видеть его ожившим, будто бы сказал чернокнижник, пусть спрыснет труп его этой водой. Прошло несколько лет, и Петр вспомнил о брюсовой склянке. Он велел вскрыть могилу чародея. К ужасу всех присутствовавших, оказалось, что покойник лежит в могиле словно живой. У него даже выросли длинные волосы на голове и борода. Царь был так поражен этим, что велел скорее зарыть могилу, а склянку разбил. Правда, по другой легенде, оживление не состоялось по другой, более прозаической причине. Царь был с похмелья, и когда надо было, по завещанию умершего, капнуть на труп из заветной склянки, царская рука дрогнула.
Григорий Дмитриевич Строганов принадлежал к старинному роду русских купцов и промышленников, известному на Руси с XV века. Выходцы из поморских крестьян, Строгановы уже в то время владели сказочным богатством. Предания гласят, что именно они сумели выкупить из татарского плена московского князя Василия Темного. На деньги Строгановых в XVI веке была снаряжена дружина Ермака, и фактически они способствовали присоединению Сибири к России. Григорий Дмитриевич Строганов неоднократно ссужал Петра I деньгами для успешного ведения войны со шведами. Рассказывают, что делал он это весьма своеобразно. Так, однажды,
угощая царя обедом, он преподнес Петру на десерт бочонок с золотом.
Одной из самых мрачных личностей в окружении Петра был небезызвестный «князь-кесарь» Федор Юрьевич Ромодановский. Этот верный и преданный сторожевой пес монархии своей невероятной жестокостью и той кровожадной беспощадностью к инакомыслящим, какой отличался возглавляемый им страшный Преображенский приказ, вселял во всех ужас. Он был вечно пьян, взгляд его был дик, а голос страшен. И, несмотря на все это, Ромодановский считался одним из самых влиятельных государственных деятелей эпохи, хотя Петра частенько коробило от средневековых методов работы своего «заплечных дел мастера». В отсутствие царя не кто иной, как «князь-кесарь» был фактическим правителем страны.
Вскоре после постройки загородного дворца в Ропше Петр подарил его Ромодановскому. Старые предания гласят, что там часто лилась кровь невинных людей, по несчастью попавших в руки страшного Ромодановского Во дворце, по рассказам старых людей, преступники содержались под караулом ручной медведицы. Вроде бы она им не делала никакого вреда, только не выпускала их из темницы ни на шаг.
К соратникам Петра следует отнести и Александра Васильевича Кикина, который был обвинен в участии в заговоре царевича Алексея и казнен. Сохранилось предание, как в застенке Сыскного приказа его посетил Петр I. «Как ты, умный человек, мог пойти против меня?» будто бы спросил его царь. «Какой я умный! ответил ему Кикин. Ум любит простор, а у тебя ему тесно».