Выяснить это незамедлительно не получилось: эпистола содержала сухое приглашение на беседу к некоему Новикову В. Г., кабинет 24, с десяти до восемнадцати. Паспорт с собой. Славик попытался вспомнить, что же такого-эдакого он мог натворить, однако ничего толкового в голову не приходило особых безобразий в последнее время не учинял, да и вызвали бы тогда в милицию или, допустим, в
А, да чего тут думать! Схожу! Меня ведь там не зарежут? И не съедят? Сообщений о нотариусах-людоедах в «Московском комсомольце» пока не проскакивало.
Вечером в понедельник Славик вышел из конторы с глуповато-ошеломленной улыбкой на лице и пешочком направился к Сенной площади. Попутно заглянул в «Толстого фраера», уселся за самый дальний столик и за кружкой темного «Василеостровского» принялся тщательно изучать тонкую папку с документами, полученную от упомянутого Новикова В. Г.
Охренеть, громко сказал Славик самому себе. Не верю!
Домой на Ленскую он вернулся поздно, изрядно поддатым. Валентина Васильевна уже спала постоялец мог припереться и в три часа ночи, дело молодое. Обнаружил на кухне накрытые тарелкой холодные голубцы, съел без хлеба, потом сразу рухнул на диван. И только на следующий день осознал, что жизнь круто переменилась.
Беготня по инстанциям продолжалась три с лишним недели. Славик пересилил стойкую ненависть к любому, самому невинному государственному крючкотворству и, отпрашиваясь с работы, честно стоял в бесконечных очередях, получал справки, заполнял формы и стойко продирался сквозь густые дебри отечественной бюрократии, отчего невзлюбил таковую еще больше. Впрочем, дело того стоило, почти месяц мучений и недовольные взгляды толстых конторских теток на «этого гопника» скоро забудутся, а результат вот он! В наилучшем виде!
Ты теперь жених, постановила Валентина Васильевна, живо интересовавшаяся ежедневными сводками с полей канцелярских сражений и являвшаяся консультантом Славика в области общения с чиновниками. Не понимаю, почему ты разругался с Олей, она мне нравилась
Я не чувствую себя способным брать ответственность за семью и детей, с подчеркнутым пафосом сообщил Славик в ответ. Прозрачные намеки квартирной хозяйки, яро желавшей упорядочить личную жизнь постояльца, были делом обыденным, словно июльская гроза или отключение горячей воды летом. Я ж разгильдяй, вы сами постоянно говорите!
Взрослеть надо, отрубила Валентина Васильевна. Через два года тридцать исполнится!
Через два с половиной, уточнил Славик. И я дорожу свободой. Кстати, я ведь съеду в следующем месяце
Хоть навещать будешь? Шесть лет прожили под одной крышей, женщина немедленно
расстроилась.
Вы Сережу с моей работы помните? Он как раз комнату ищет. И опять же человек не чужой
Эпопея закончилась восемнадцатого ноября приодевшийся в новые джинсы и светлую курточку Славик, смахивающая на оживший комод могучая жилконторская мадам, пожилой капитан-участковый и обязательный Новиков В. Г. прошествовали под арку во двор и взошли на второй этаж дома номер 56 по набережной реки Мойки.
На третьем этаже жил знаменитый танцор Михаил Барышников, поджав губы, сообщила тетя-комод. Словно намекала, какие звезды обитали в подведомственном ей доме. Славик жилконторской явно не глянулся, несмотря на чистые волосы и стеснительные манеры. Он не дурачился Славику действительно было не по себе. Некая смесь боязни того, что сказка сейчас внезапно закончится, и подсознательных опасений по отношению к «начальству» участковый, это, несомненно, начальство! Да и посматривает капитан скептически чувствует неформала, глаз наметанный.
Полная опись имущества, Новиков В. Г. извлек из кейса очередную папочку, на этот раз пухлую. Ключи, пожалуйста. Ключ-карту от ячейки в отделении «Альфа-банка» сможете получить завтра, у меня в офисе. Что же вы стоите, Вячеслав Михайлович? Открывайте.
Но дверь опечатана, заикнулся Славик.
Не беда. Участковый мгновенным движением сорвал бумажки с косяка тяжелой металлической двери с глазком и пластиковой декоративной отделкой. Отпирай. Потом будем сверяться с описью, а это часа на два
В половине девятого вечера официальные лица отбыли, а Славик остался один на один со своей законной, частной и неприкосновенной собственностью.
Двухкомнатной квартирой на углу Мойки и Гороховой площадью семьдесят четыре квадратных метра. Приватизированной в соответствии со всеми правилами, и до окончания оформления документов на наследство терпеливо ожидавшей нового владельца. Квартирой в самом центре города, и по нынешним временам стоящей безумных денег.
Нет, не так: БЕЗУМНЫХ!
Живем, только и сказал Славик, заново оглядевшись. Мать ети, да что же это такое?..
Он аккуратно погасил везде свет, некоторое время повозился со сложными замками на двери и поехал домой, на Ленскую. По дороге купил пельменей и пива Валентина Васильевна уехала на три дня в гости к дочери, готовить некому.
Менеджер уступил свое место перед ноутбуком и отошел в сторону, демонстративно отвернувшись.
А, счас Пришлось забираться в карман куртки за бумажкой. Так, три-семь