Дорогие читатели! Книга «Янтарь чужих воспоминаний стоит особняком во всем моем творчестве и, пожалуй, не похожа ни на одну из моих книг. Я не советую эту историю любителям легкого и веселого чтения. Но она придется по вкусу тем, кто любит «темные» истории с нотками триллера и детектива, сложных героев, тайны прошлого и истории непростой любви. В центре повествования мир эмпатов и нераскрытое убийство, совершенное много лет назад.
В книге присутствуют откровенные и жестокие сцены, будьте внимательны!
***
Лето, осень или зима в начале глав обозначают сезон одного года, в котором происходят события.
Пролог
Два десятка? Один?
А были ли?
Когда последний раз вы осознавали себя счастливым? Без оговорок, без условий, без маленьких жалящих «но»? Вот прямо сейчас, не раздумывая, вы можете ответить на столь простой вопрос? Когда же был этот миг долгожданного и безоблачного счастья?
Ах, вы не помните.
Ну конечно.
А когда вы чувствовали себя несчастным?
Вчера? Сегодня? Прямо сейчас? Всегда?
Когда вы ощущали боль от потери, разочарования, одиночества и уныния? От невозможности жить так, как жаждет ваша душа, необходимости прозябать в скучном и бессмысленном существовании? Если бы вам предложили выбор: оставить все как есть, или обрести величие, свободу, власть, что бы выбрали? Только это будет не свобода героя в сияющих доспехах, а свобода убийцы и чудовища?
Так что вы выберете?
Скучно? Или чудовищно увлекательно?
Кем вы хотите быть, монстром или мышью, всю жизнь просидевшей в своей норе?
У меня не было выбора. Наверное. Но даже если бы и был, то мой ответ однозначен.
Я чудовище.
***
В глазах Марии страх и беспомощность. О чем думает она, когда смотрит на меня? Право, мне даже интересно. Я смеюсь этим глупым мыслям и поднимаю ее подбородок.
Страшно? спрашиваю я, внимательно глядя в прекрасные синие глаза. В них стоят слезы и, чуть наклонившись, я слизываю их языком.
Да шепчет девушка.
Ее страх подпитывает меня, делает сильнее. Еще один ингредиент для коктейля этого вечера. Но все же вкус недостаточно остер, нужно еще коечто. Терпкая и пряная нотка запретного удовольствия.
Я провожу ладонью по ее телу. Синее платье все еще на девушке, она так радовалась, когда я его подарил. Осторожно расстегиваю маленькие пуговички, глядя ей в лицо.
Оголяю плечи девушки, смотрю. Она дрожит и тяжело дышит, но не кричит. Пока она верит, что это всего лишь игра. Да, страшная, да, опасная, но ведь не смертельная? Хотя она не глупа, дочь священника, которая так хотела познать грех. Что ж, я дал его ей сполна. Во всех смыслах и во всех дозах. Безумен ли я? Бесспорно. Безумен ли я больше, чем каждый из вас? Не уверен. Но истинный безумец хорош тем, что его гораздо сложнее распознать среди безумцев мнимых.
Мне надоело расстегивать эти маленькие сверкающие бусинки с кучей петелек, и я срезаю их ножом. Мария вскрикивает, когда видит сталь, ее глаза сразу наполняются новой порцией слез. Вот так, моя сладкая, вот так. Плачь. Сегодня ты будешь настоящей. Такой, какой создала тебя природа. Обнаженной и испуганной, плачущей от боли и задыхающейся от наслаждения. Разве это не стоит того? Я люблю срывать эти покровы мнимой цивилизованности, которая отравляет наши сущности. Я сорву их с тебя, маленькая дочь священника, я позволю тебе сорвать их с себя. Мы оба будем обнажены и беззащитны, ты передо мной, я перед тьмой, что всегда рядом. У каждого своя суть, сладкая девочка, и сегодня ты увидишь мою. А я я познаю твою.
Платье падает на пол синими лоскутами, бесполезными кусками бархата. В этом тоже есть завораживающая прелесть. Жалею, что не подарил тебе красное платье, тогда ты была бы похожа на бутон цветка, раскрывающего свои лепестки. Разве это не прекрасно? Но вряд ли твои устои и мораль позволили бы тебе надеть красное. Ведь это цвет блудниц и развратниц, цвет крови и заката, когда солнце прячет свой лик от ночных грехов смертных.
Но выход есть. Я могу разукрасить синюю ткань красной кровью, и тогда ты станешь почти идеальна.
Мои пальцы нежны, мой рот жаден и настойчив. Я упиваюсь ее стыдом, ее смущением
дымные куски стекла, внутри которых копошились куски чужой жизни. Словно пауки в банках И нахмурился, заметив в конце коридора из стеллажей маленький огонек светильника, зависший над тонкой фигурой. Надо же, ледистилет.
Девушка стояла возле полки, осторожно перебирая сферы и делая пометки в толстой тетради. Она чуть склонила голову в приветствии и снова перевела взгляд на полку. Быстро осмотрела сферу, сделала запись. Словно уже и забыла о чужом присутствии. Более того, даже любопытства в ее лице он не заметил. Неужели ей не интересно, кто стоит в темноте, наблюдая за ней? Видеть его лицо она точно не может, светильник горит прямо над ней, не давая рассмотреть то, что скрыто тенью.
Наверное, именно то, что она не проявила никакого интереса, заставило мужчину изменить своим привычкам и подойти к ней. И внутри шевельнулось чтото похожее на удивление. Он уже так давно перестал ошибаться, что ледистилет своими неправильными реакциями его заинтриговала.
Госпожа Дирхойт. Он приблизился, вошел в круг света, приветствуя ее.