Аня потянулась, чтобы взять свечу
Руки! прошипела в спину бдительная Яся. Ты же не хочешь оставить на воске свою визитную карточку?
Я только хотела посмотреть
Вот и смотри издали. Или, если неймется, возьми вот это. Яся протянула ей чистый носовой платок. Ухватив через него свечу посередке, Аня быстро осмотрела ее со всех сторон, но ничего интересного больше не обнаружила. Свеча была стандартная. Такими завален любой хозяйственный отдел. Огарок имел длину не больше десяти сантиметров. Вычислить время горения пара пустяков.
На платок налипло несколько мелких парафиновых крошек, и Анна машинально встряхнула платок, прежде чем вернуть его горничной. Та вместо благодарности почему-то взглянула на девушку, как на непроходимую идиотку, и даже слегка покачала головой. Анну так и подмывало спросить, что она сделала не так, но она удержалась.
На ковре цвета горького шоколада, возле камина, стояли два кресла ярко-зеленого колера.
Ладно бы речь шла о банальном адюльтере. Макс так сильно любил ее, что, наверное, простил бы даже измену. Но он чувствовал, что дело куда серьезнее. Нечто непонятное происходило с самой Анной, и походы налево тут ни при чем.
В гостиной зазвонил телефон. Макс машинально прислушался. Слов было не разобрать, но он определил, что в начале разговора Аня обрадовалась, потом разволновалась, а под самый конец совсем сникла. Звонок насторожил Макса. Он прекрасно различал малейшие интонации любимой девушки по ее голосу и сейчас безошибочно определил, что она испугана. Страх вот что сквозило в ее голосе.
Яся не обманула и позвонила ближе к вечеру. Однако Аня не узнала от нее почти ничего нового. Милицейский вердикт гласил: профессор скончался от разрыва сердца. Никакого криминала. Блокнот так и не нашли, но, честно говоря, никто его и не искал. Когда Яся попыталась заикнуться о том, что у ученого имелась такая приметная вещь, от нее попросту отмахнулись и посоветовали не лезть с глупостями. С точки зрения милиции, стопка исписанной бумаги на скрепках никакой ценности не представляла и не могла стать предметом хищения.
Пора признаться себе в том, что просто-напросто требуется помощь хорошего психотерапевта, размышляла Аня. Кажется, у Макса был кое-кто на примете. Девушка твердо решила исправиться и перестать воевать со своими страхами в одиночку. Приняв это решение, она почему-то не почувствовала облегчения и всячески пыталась оттянуть момент, когда придется явиться к Максу с покаянием. В частности, она решила как следует умыть лицо и отправилась с этой целью в ванную комнату, которая располагалась в противоположном от кабинета Макса конце квартиры. Не включая света, она открыла кран и склонилась над раковиной, подставив под струю сложенные ковшиком руки.
Смыв мыльную пену, она машинально взглянула в зеркало. Вначале ей показалось, что она видит там всего лишь свое отражение, но секунду спустя стало ясно, что очертания в зеркале совсем иные. Главное отличие было в том, что ОТРАЖЕНИЙ БЫЛО ДВА. Кто-то стоял у нее за спиной.
Из прихожей пробивалось слишком мало света, чтобы как следует разглядеть таинственного визитера. Анна нервно оглянулась, еще подозревая, что все это чья-то глупая шутка. Но позади нее никого не было.
Она заставила себя вновь взглянуть в слегка запотевшее стекло. Незнакомка была там. Второе отражение также было женским, но разительно отличалось от самой Ани, и она наконец поняла почему. Незваная гостья была наряжена в нечто, напоминающее маскарадный костюм. В таких платьях с кринолинами никто не ходит вот уже триста лет. Девица была молода, но лицо ее выглядело как-то странно. Анна не сразу сообразила, что, несмотря на пышный, даже вычурный, парчовый наряд, на лице призрачной девушки полностью отсутствует косметика. Есть такие счастливицы, которые хороши и в, так сказать, натуральном виде, но эта дамочка была не из таких. На узком лице хороши были только глаза огромные, черные, словно подсвеченные изнутри да темные волнистые волосы. Губы слишком тонкие, нос длинноват, а кожа бледная до синевы.
Поняв, что ее разглядывают, незнакомка скорчила Ане рожу. Красивее от этого она не стала, но Анна зато опомнилась. То, что девушка, увидев привидение, а чем иным могло быть «дополнительное» отражение в зеркале? не забилась в истерическом припадке, объяснялось просто. Аня до недавних пор сама была ведьмой. Не в том смысле, что горбатая и с помелом, она всего лишь обладала сверхъестественными способностями. Главной ее отличительной чертой был дар ясновидения, но и наколдовать что-нибудь на скорую руку она была в состоянии. Анна даром не злоупотребляла, более того, она мечтала от него избавиться и побыть КАК ВСЕ, то есть обычным человеком. Известно, что наши самые заветные желания имеют дурную способность иногда сбываться. Так вышло и на этот раз. После тяжелого воспаления легких Анна с удивлением обнаружила, что ее дар исчез подчистую. Случилось это, как всегда, не вовремя. Сначала с ней самой стало твориться что-то странное, не поддающееся объяснению. Теперь вот пожаловало привидение.