М. Эдель Поросенок с хреном
Волошин, тоже по обыкновению, сказал: «Спасибо, Иван Антонович», но на этот раз как-то внимательно осмотрел Ивана Антоновича, задержавшись на его круглой лысой голове, покрытой розовато-рыжеватым пушком.
Роман Васильевич глядел на кассира, словно он впервые видал его черный опрятный пиджачок, застегивающийся под самым подбородком жилет, накрахмаленный полотняный воротничок и ниточку золотой цепочки у жилетного карманчика. Волошин уже хотел было что-то сказать Горлице, но, подумав, только улыбнулся. Выйдя на крыльцо конторы. главный инженер вторично чему-то улыбнулся, затем вернулся и решительно вошел в кабинет начальника орса.
Мне нужен поросенок! сказал главный инженер завода начальнику орса. Но чтобы был крупный, упитанный, первосортный. Можешь ты меня понять?..
Начальник орса не понимал. Он с минуту назад вернулся от зубного врача и сейчас, глядя на Волошина, одновременно прислушивался, болит ли зуб или ему только кажется...
Мы сейчас не продаем поросят... А на базаре хорошего поросенка не найдешь... внимая поведению зуба, машинально отвечал начальник орса. Хочешь, я тебе выпишу откормленного гуся?
Зачем мне гусь? Нужен именно поросенок! Как тебе объяснить?.. Поросенок, как символ, как память... воспоминание... Впрочем, черт с тобой! Я тебе расскажу. Хотя я знаю, что ты человек без лирики, без высоких чувств...
Правильно замечено, сказал начальник орса, какая уж тут лирика!.. 12 лет подряд кормлю и снабжаю вас, несколько тысяч друзей и товарищей... Огороды, фермы, сады, сенокосы, столовые, дома отдыха, пионерлагери... Сколько раз меня на собраниях перевоспитывали, даже в холодный пот бросало!.. Не считая, конечно, устных приветов от руководящих товарищей: «Поставим о тебе вопрос на партбюро. Снимем с работы». Какие уж тут высокие чувства!..
А два ордена за эти же столовые и фермы получил! заметил Волошин.
Это от правительства! А от вас не всегда и спасибо услышишь...
Вот, вот! Я как раз по этому вопросу. Позвольте, Григорий Тарасович, быть кратким. 20 лет назад я пришел на наш завод прямо из ФЗУ. И тебя еще здесь не было, и ферм твоих, и этого кабинета. Там, где сейчас наши мартены стоят, плавали дикие утки, а где парк культуры н отдыха, стоял вековой лес Картина ясная?
Вполне, сказал начальник орса, тем более, что 20 лет назад я для этих мартенов лично рыл котлованы, то есть был нормальным землекопом. Начальники орса тоже когда-то были рабочим классом. Ну, ну. давай дальше...
Оказывается, ты и я начинали здесь одновременно, обрадовался Волошин. Тогда ты поймешь меня
И главный инженер изложил начальнику орса суть своей затеи, основанной на высоких лирических чувствах.
Теперь ты понял, почему поросенок?
Правильная идея! Да, чувства великое дело, сказал Григорий Тарасович довольно трогательным голосом.
Ты гляди! изумился главный инженер. Начальник орса и такое тонкое восприятие!..
Погоди! Не люблю подхалимства. Мне этого не нужно. Мне хватает и славы и выговоров. Погоди, погоди. Ей богу, зуб перестал болеть... Не болит! оживился по этому случаю начальник орса. Так вот, слушай... Во-первых, для такого дела
нужна дата. Подарок без торжественной даты теряет свое внутреннее содержание. Во-вторых, подходящего поросенка нет... А через две недели день рождения этого славного человека. Я сейчас дам команду поставить на откорм порося, чтобы он в известный момент, что называется, на блюде играл и отвечал всем кондициям... Чтобы он, подлец, лежал с розой в зубах и прославлял отдел снабжения и подсобное хозяйство нашего завода...
И чтоб сюрпризом! расфантазировался и Волошин. И ты своей Глаше, а я своей Маше ни слова. У них ведь нет секретов.
И накануне торжественного дня, рано утром день был воскресный, выходной, когда главный кассир Горлица еще брился, парень-возчик внес и положил на кухонный табурет сверток в новенькой рогожке.
Это вам, сказал парень супруге кассира.
И пока Антонина Ивановна разворачивала рогожку и ахала, увидев розового, как закат, свежеразделанного поросенка, парень исчез.
Появившийся с полотенцем на шее и мыльной кисточкой в руке Иван Антонович, рассмотрев аппетитного красавца, сразу же ощутил во рту вкус пряного хрена. Тем более, что в рогожке рядом с поросенком покоилась красивая банка пищепромовского хрена, запечатанная коричневым сургучом...