Вот так вот и получается, што вроде лёжа да сидя чуть не десять дней путешествовали, а сна нормальново и не было.
Пообедали вчера, да как насели на нас местные! Што да как, да как там Лев Лазаревич, да Хитровка вообще, да как мы сами. Уу! Не заметил, а выболтал куда больше, чем хотелось бы. Вроде и не деревенский мальчишка, который по городу с открытым ртом бродит попервой, а всё едино, разговорился.
О само важном смолчал, канешно. Попаданство там моё, денежки у учителок и прочее. Но и так лишнево наговорил, а Санька и подавно всё превсё о нашей деревенской жизни! Ни о чём не умолчал, даже деревенских забияк и злопыхателей как есть обрисовал. Но то ему не в вину, сам не шибко лучше.
Поездка ета, да воздух морской, да расспросы. Так и не добралися вчера до моря, хотя планы какие были, у-у! Поужинали, да еле-еле до подвальчика своево добрались. И ничево не мешало ни разговоры с песнями во дворе сильно за полночь, которые сквозь сон иногда слышал, ни духлый и сырой подвальный воздух, ни блохи кусучие. Выспался!
Утро? Сонно спросил Санька из-под тонкова одеяла.
Оно. Да ранешнее совсем, тока-тока солнце всходит. Спи!
Не! Взъерошенная голова друга высунулась из-под одеяла, Ни в едином глазу!
Сбегали к нужнику, умылись, да и штоб время не терять, разминаться начали. Составили топчаны один на другой, стол и стулья отодвинули, вот и место мал-мала появилось. Не так штобы много, почти
впритык, но во двор выходить не хочу. А то шапито какое-то выйдет. Впервые на арене, ети!
Суставчики да связочки прокрутили, я тока разогрелся, а Санька запыхался малость, потому как не привык ещё. Там, где мне разминка, ему устать хватит.
Ну и занялись гимнастикой Чиж чем попроще, а я всё больше такой не то штобы акробатикой, но рядышком.
На руки встать у стеночки, да поотжиматься вниз головой, потом попрыгать вверх из глубокова сида, ну и всё такое же. Хорошо позанимались! Не то што до пота, а чуть не до пены!
Ой! Послышалось от окошка, а што это вы делаете? Вы цирковые, да? А почему не сказали? А я тоже так хочу!
Фирка отскочила от окошка и сбежала вниз по ступенькам, к нам в подвальчик.
А ещё покажи! Затеребила она меня, Ну, как назад прогибаешься, головой до пола! Пожа-алуйста!
И глазами хлоп!
Ну, думаю, ладно, малявка надоедливая! И показал, значица как на мостик становиться могу, да как на руках ходить, на шпагаты всякие. Опомниться не успел, как сперва сам показал, и вот уже учу девчонку на мостик становиться. А ничево так, гибкая! Привычки нет, ето видно, но гнётся как та лозина!
Санька в сторонке сидит, да ухохатывается, дразнится!
Жених и невеста!
И што? Остановилась Фира, Завидно?
И язык! Розовый.
Ну
Фира! Закричала сверху тётя Песя, где ты там запропала? Тебя послали мальчиков за завтраком позвать, а не к рыбакам за уловом!
Сейчас! А голосок-то какой звонкий! Ажно в ушах перепонки чуть не лопаются!
Ой, я снова? Прости! Тронула она меня за руку и выскочила во двор, Забыла! Меня Егор учил цирковому всякому! Получилось!
Цирковое ей! Ой-вэй! Не девочка, а позор почтенных еврейских родителей!
Пока они там препирались привычно, перебудив всех, кто ещё не встал и втянув их в свою свару, мы умылись наскоро, да и поспешили наверх.
Суп фасолевый с картофелем, Захлопотала тётя Песя вокруг нас с половником. В етот раз накрыто не на веранде на кухне. Тесновато чуть, но ничево так, уютственно! И не жарко, потому как солнце с утра не распалилось ещё.
Вкусно! Одобряю я, наворачивая по всем правила етикета.
Поняла, Фирочка? Мужчина любит сперва глазами, а потом желудком! Но если не наполнить желудок вкусно и полезно, то глаза будут искать это вкусно на стороне. А если у мужчины вкусно полон желудок и не выедается мозг чайной ложечкой, то ничего ему больше и надо!
Ма-ам!
Помамкай мне тут! Ешьте, мальчики! А то знаю вас, небось на море пойдёте?
Угу!
Детвора! Тётя Песя высунулась на веранду, мальчики московские потом на море пойдут! Кто хотит, давайте тоже!
И компания будет, Пояснила она нам, засунувшись обратно, и не заблудитесь.
Спустились после завтрака во двор и присели за стол под деревом. А вокруг носятся, переговариваются на своем, орут и мало што не дерутся.
Шебутные какие-то, Пробормотал Санька, глядя на етот хаос.
Агась! Переезд дурдома!
Посмеялися, но всево через пять минут возглавили ету цирковую процессию. Сколько там, кто един Боженька знает!
Детвора от семи примерно, до тринадцати. Сутулый такой дрищотик, у которово уже волос вовсю растёт. Я думал, ему шестнадцать минимум, а тока-тока тринадцать, оказывается! Порода такая, шерстяная.
Всё ето шапито галдит, шумит и растекается по дворам и подворотням, собираясь обратно, вот ей-ей, не всегда тем составом! Половина сменилась, никак не меньше! Мы попервой впереди были а потом в серёдке. Шествуем, как цирковые слоны, только афиш на боках не хватает.
А! Махнула рукой Фира на мой вопрос, Как обычно! Молдаванка, вокруг свои да наши. Живём бок о бок, в одну синагогу ходим, попереженились меж собой. Плюнь!