Да думаю, што совсем уже жидом стал на Молдаванке етой! Поворотился я к нему, Меня севодня спросили о чём-то, так я на идише и ответил! На русском спросили! А?!
Чиж залился беззвучным смехом, ажно до слёз. Глянет на меня, да и снова смехом давится.
Шло Шломо! Выпалил он наконец, Ты так тово и глядишь, гиюр примешь через годик, да и поедешь в Эрец Исраэль!
А сам-то! Сам! Давно ли такие слова выучил, а теперь вот дразнишься даже!
Хохотали долго, дразня друг дружку, да и угомонились потихонечку.
Мендель! Мендель, горе в еврейской семье!
А? Сел на топчане, протирая глаза, да тут же почти и встал. Жара спадать начала, и не нужно на часы глядеть, штобы понимать, што дело к вечеру движется.
Сунулся было к чайнику, потому как пить охота, но остановился. Вода местная гадкая, невкусная, да ещё и холера, мать её ети! Не так штобы прямо сейчас гуляет, но и далеко от Одессы ета зараза и не отходит. Так што пить надо или чай, или как мне насоветовали лимон туда давить. Кисло, а куда деваться?
Полей, Попросил Санька, нагнувшись над ведром и тут же зафыркав под тонкой струйкой, уф! Тебе полить?
Угу!
Севодня в парк Дюковский, или как?
Или как! Хочу Одессу посмотреть, а то вот ей-ей, смешно уже! Приехали в город, а как с вокзала прошли, так с Молдаванки считай и не выбирались! Всё! Руки в ноги и пошли!
Просто? Чуть удивился Санька.
Агась!
Одев парадную рубашку, покосился на ботинки, но одевать не стал.
Фира! С порога окликнул девчонку, тихохонько разговаривающую с подружкой под деревом в центре двора, айда в город!
Ага! Без тени сомнений отозвалась та, Маме только скажу!
Ботиночки простучали по лестнице, и через полминуты Фира ссыпалась обратно, успев натянуть нарядное платьице и причесаться под город.
Пошли? И под руку меня! Так и пошли со двора, как взрослые ходят.
Пока из Молдаванки не вышли, всё думалось, што вот-вот появятся опять парнищи местные, да завернут назад под каким-нибудь предлогом, но нет! А я уж думать начал было, што они меня от себя пускать не хотят, но наверное, просто совпадение.
Пошли по Балковской неспехом, да Фира рассказывает мне всякое интересное о городе.
Шломо! Рувим! Уф! Еле догнал, Запыхавшийся Ёся смотрел на нас с укоризной, Ну и зачем вы так?
Мы за надом! А вот ето што было? Интересуюсь я не без раздражения.
Охрана, Вздохнул Ёся, косясь на Фиру, дядя Фима и те, кто над ними, делят сейчас найденную тобой полянку. Ничего такого, штобы вот серьёзно, но какие-то мелочи могут омрачить молодую жизнь.
А сразу таки нет?
Так думали, што сразу! Всплеснул руками Ёся, оглядываясь назад, на приближающихся близнецов, А вышло так, што вот! Говорю же мелочи, но не хотелось портить вам отдых у самого Чорного моря!
А што может быть? насторожился Санька, делая морду кирпичом и моментально выцветая глазами, Серьёзное што?
Та не! На всякий случай штоб! Замахал руками Ёсик, Ви же знаете, што когда знают двое, знает и каждая свинья! Таки здесь знают побольше чем, двое, так и свиней может найтись побольше!
Обрезанных, Фыркнул Чиж.
Ну не без этого! Развёл руками Ёсик с обречённым видом, Таки што? Да?
Таки да, Вздыхаю я, поглядывая на Фиру, чуть не лопающуюся от любопытства.
Это ты деньги нашёл, да дяде Фиме и показал? Быстро поняла всё она.
Агась. Тьфу! То есть, таки да!
О! Фира чуть крепче взяла меня под локоть и надулась, ну чисто как жаба, с видом превосходства оглядев профланировавшую мимо барышню старшево гимназического возраста, шедшую под ручку с мичманцом.
Я поглядел на ту барышню, потом на Фиру,
и понял, что Фира таки лучше, и между нами сильно. Выпуклостей пока нет, но судя по тёте Песе, будут непременно! А лицо куда как получше, чем у той барышни, да и
Я призадумался.
пожалуй, што и вообще! Не вообще-вообще, но пожалуй, што таки да! Но потом.
Барышня, што с офицером, оглядела нас, и чему-то засмеялась тихонечко. Вот дура!
Ну што, Поглядываю на близнецов и на Ёсика, в город всё-таки можно?
С нами да, Твёрдо ответил тот, на всякую шпану мелкую нас хватит, а на крупную там уже договорились.
Ну тогда, Стукнув себе по набитому серебром карману, по мороженому? Угощаю!
Самуил и Товия закивали радостно и пристроились в кильватер, высматривая мороженщика. Таковой нашёлся быстро Одесса, лето!
Четыре пломбира, Сказал я важно, отстояв короткую очередь. Худой мороженщик, по виду из греков, протянул нам лакомство, улыбаясь в прокуренные жёлто-сивые усы. Съев лакомство тут же, не отходя далеко, похлопал себя по животу, огляделся на Фиру и Саньку, да и заказал ещё. Гуляем!
Пошли важные, на господ встреченных без страха глядим. Чай, не Москва! Да и мы не оборванцами выглядим Хитровскими, а нормальными такими мещанами, не из самых бедных.
А запахи! На Молдаванке всё ж таки скучено, запашки немного тово. Рыбой пахнет, да сцаниной и иным чем человеческим. А здесь, на какой-никакой, а широкой улице, воздушок обвевает. Морем пахнет, акациями, зеленью всякой вкусной. И камнями!