В общем, вполне правомерно считать, что волхвы были целителями, лечившими людей рациональными средствами народной медицины. Это подтверждают и записки путешественников, посетивших нашу страну в те далекие времена.
Так, в «Записке» арабского путешественника Ахмеда Ибн-Фадлана, который в 20-х годах X в. побывал в землях волжских булгар, хазар и русов, говорилось: «Когда один из них заболевает, то они разбивают ему палатку вдали от них, бросают его туда и кладут с ним кое-что из хлеба и воды, но не приближаются к нему, не говорят с ним, даже не посещают его во все время (болезни), особенно когда он бедный или невольник, Если он выздоравливает и встает, то возвращается к ним; если же умирает, то они его сжигают». А в «Книге драгоценных сокровищ», написанной около 30-х годов X в., арабский писатель Ахмед Ибн-Даста отмечал: «Есть у них знахари, из коих иные повелевают царю, как будто они начальники их (Русов). Случается, что приказывают они приносить жертву творцу их, что ни вздумается им: женщин, мужчин и лошадей, а уж когда приказывают знахари, не исполнить приказания нельзя никоим образом», речь здесь, очевидно, шла о волхвах.
Следует, однако, отметить, что и после принятия христианства долгое время, на протяжении столетий, волхвы хранители богатейших медицинских познаний языческих времен оставались одними из авторитетнейших врачевателей. К их услугам прибегали не только простые люди, но и аристократические слои общества, княжеские роды. Так, о князе Всеславе (середина XI в.) летопись сообщает, что «его же ради мати от вълхвованья».
Священнослужители нередко обращали внимание на то, что русские, сами язычники в недавнем прошлом, несли своих детей, обращались при болезни к волхвам, а не к священникам, не в монастыри. Это подтверждают, в частности, и приведенные в русских летописях факты. Так, Лаврентьевская летопись свидетельствует, что воевода Ян (1071 г.) сурово осуждал волхвов.
Распространенность этого явления в средневековой России подтверждают многие исторические источники. В «Повести временных лет» упомянуто (1071 г.), что «много волхвуют жены чародейством, и отравою, и иными бесовскими козньми».
В другой летописи говорится о том, что «в лето 7006 (1498 г. М.М .) опалу положил князь великий (Иван III. М.М .) на жену свою, на великую княгиню Софию (Софья Палеолог. М.М .), о том, что к ней приходиша бабы с зелием; обыскав тех баб лихих, князь великий велел их казнити, потопити в Москве реке нощию». А в начале XVI в. в волховстве подозревали даже жену Василия III великую княгиню Соломониду (Соломонию), которую за это принудительно постригли в монахини. Даже в конце XVI в., в 1575 г., как свидетельствует летопись, «в Новгороде 15 жен, а сказывают ведуны, волхвы».
Еще в одной летописи указано, что в 1607 г. сожгли вора-еретика, старицу «Алену» вместе с чародейными (заговорными) бумагами и кореньями; она сама созналась, что портила людей и учила «ведовству». В 1674 г. опять сожгли женщину Федосью, невинно, как оказалось, оговоренную в порче.
В «Домострое» (XVI в.), представлявшем собой древнерусскую энциклопедию семейного быта, была в какой-то мере представлена и медицина. Используя, очевидно, различные источники, автор (это сочинение приписывается Сильвестру, священнику Кремлевского Благовещенского собора, бывшему одно время фаворитом Ивана Грозного) одну из глав посвятил тому, «како врачеватися христианам от болезни и от всяких скорбей». В главе этой описаны различные болезни «от духов лукавых мучение, телу согнитие, костем ломота, оток и опухоль на все уды, проходом обоим заклад, и камень в удах, и глухота и слепота и немота; во утробе терзание и блевание злое; и на низ, во оба прохода, кровь и гной, и сухотная и кашель; и главоболение и зубная болезнь, и камчюг, и френьгючи,
и расслабление и трясение, и всякие, тяжкие, различные недуги». Все это рассматривалось как «наказание гнева Божия». Характерно, однако, что в «Домострое» хотя и не было никаких конкретных советов по лечению болезней, все же содержалось серьезное предостережение: «Не призывающе к себе ни чародеев, ни кудесников, ни волхвов, ни зелейников: никаких бесовских врачеваний».
Влияние волхвов, вера в их всемогущество сохранялись очень долго. «Такой для своей эпохи весьма даже просвещенный человек, как Иоанн IV (Иван Грозный. М.М .), отмечал историк медицины Ф. Л. Герман, окруженный многими врачами, он перед смертью совещается с волхвами, которых собрали в России и Лапландии до 60, по случаю появления кометы, и которые, по словам летописцев, верно предсказали день его смерти».
Да, неисповедимы мысли и поступки сильных мира сего