Так точно, - почему-то по армейской привычке ответил я и едва под его внимательным взглядом не щелкнул каблуками, это я и есть. Рыбалко Василий Иванович. Приехал вот, наконец.
А я вас себе иначе представлял, - он посмотрел на меня с небольшим прищуром. Что ж, господин Рыбалко, проходите, присаживайтесь. Рассказывайте с чем пожаловали и по какой причине на вас вдруг осерчала вдовствующая Императрица.
Перед массивным столом стоял не менее массивный стул с вырезанными узорами. Вот на него я и присел. Из внутреннего кармана пиджака достал пухлое письмо:
Вот, Ваше Высокопревосходительство, мне надлежало это вам передать. От Марии Федоровны, лично.
Наместник шевельнул челюстью, борода его колыхнулась волной.
Странно, зачем это? Мы ведь уже получили все инструкции касающиеся вашей персоны.
Это лично от императрицы. Она просила передать, минуя фельдегерей. Не могу знать, почему.
Ну что ж, выдохнул он. Давайте, раз передали.
Ножом он сорвал гербовою печать, вспорол конверт. Вытащил из него несколько густо исписанных листов и еще один вложенный и запечатанный конверт. Хмыкнул, вчитался в адресат и отложил в сторону. Опять бросил на меня взгляд и приготовился к чтению. Но перед этим сказал:
А мы вас раньше ждали. Чего же вы так долго к нам добирались?
Это был риторический вопрос, не требующий ответа. Он и не стал ожидаться моего объяснения, сразу же углубился в чтение. Читал долго, откинувшись на спинку стула. Неспешно переворачивал листы, иногда возвращаясь к уже прочитанному. Я сидел и ждал. От скуки стал разглядывать кабинет. Потом пробежался глазами по столу, заметил наши скрепки и улыбнулся. И сюда они добрались. Поди еще и кнопки в ящике стола валяются. Я обернулся и точно, подробная карта Дальнего Востока что висела на стене была пришпилена нашими кнопками.
Ого, вот как? вдруг воскликнул Алексеев, поднимая на меня удивленный взгляд. Кликуша?!
Что-что, простите? не понял я.
Вот тут в письме, он потряс бумагой, Мария Федоровна просит, чтобы я держал вас накоротке и не спускал с вас взгляда. Называет вас кликушей. А позвольте спросить, чем вы заслужили такое резкое высказывание самой Императрицы? Очень интересно.
Ну, - я несколько замялся. Рассказывать об истинной причине недовольства Марии Федоровны я не имел права. Да и не хотел. Потому и ответил уклончиво. Есть у меня один смертельный грех язык мой иногда говорит быстрее, чем я успеваю подумать. Вот и вся причина.
Сболтнули чего-то лишнего перед Императрицей? Ляпнули не подумавши? с усмешкой вопросил Алексеев.
Я сокрушенно кивнул и адмирал удовлетворился моим ответом. Он снова погрузился в чтение. А я, зацепившись за 'кликушу' догадался, что письмо писала не сама Императрица датчанка по происхождению, а ее подруга. Мария Федоровна просто не могла знать такое редкое слово. И кажется мне, что в письме было написано и еще что-то сверху продиктованного, потому как после разговора с матерью Императора эта самая подруга была очень уж сильно мною недовольна.
Ну, ладно, с этим понятно, оторвался от письма Алексеев. Он отложил бумаги в сторону, взял второй конверт. Снова прочитал адресат, подумал секунду, а затем без церемоний сорвал печать. Это письмо он прочитал поверхностно, пробежал по диагонали. Затем вернул листы в конверт и, капнув сургучом на уголок, заклеил своей печатью. А на лицевой части размашисто зачеркнул адресат и вписал новый. Потом вернул конверт мне со словами:
прода от 20 сентября
К Мищенко вам обращаться незачем. Сходите сегодня в жандармский корпус и отдайте им это письмо. Я так понимаю, у вас есть еще какие-то бумаги для охранки?
Я кивнул.
Вот, и их тоже отдадите. Там, в столице верно и не знают как мы тут живем, чем дышим. Мищенку вами заниматься не с руки, вам к Артемьеву. Вы меня поняли?
Понял, Ваше Высокоблагородие, снова кивнул я.
Ну, раз поняли, тогда давайте поговорим, он откинулся на спинку. Очень, понимаете ли, интересно, с чего это вы решили вложить свои личные деньги с обустройство нашей крепости. Ну-ка, милейший, просветите меня, с чего бы такая благотворительность? Что-то подозрительно.
У меня для него был приготовлен всего лишь один ответ. Прямой как палка.
Война же скоро с японцами. А Порт-Артур к осаде не готов.
Наместник как-то хитро на меня посмотрел. Ухмыльнулся в бороду, пригладил усы пальцами. Затем выдал:
Действительно кликуша. А, между прочим, Император заверяет, что войны не допустит. Хотя, лично я, в чем-то мог бы с вами согласиться. Но не с осадой порта. Этого не будет. Мы с легкостью разобьем японцев, как на суше, так и на море. Уж я-то об этом могу позаботиться.
Он был самоуверен. И, похоже, он действительно желал этой войны. Но только лишь с той целью, чтобы раздавить японцев как надоедливого клопа и навсегда выдавить из Китая и Кореи. Знал бы он, что произойдет уже через год, не стал бы так говорить.
Ну, выкладывайте, что вы тут намерены сделать. Двести тысяч большие деньги, тем более для лица частного. Ну-с?
Собственно, он особо-то и не требовал от меня ответа. Смотрел на меня с легкой усмешкой и не очень-то верил в мое меценатство. Наверняка думал, что я прибыл сюда лишь с единственной целью заработать. Таких как я у него, наверное, каждый день по нескольку штук. Но что меня выгодно отличает от остальных, так это прямая ссылка от Императрицы и разрешение заниматься всем, чем пожелаю.