Но от этих странных мыслей меня вновь отвлекла кондукторша, резко стянув с меня треники вместе с трусами и плотно охватив мой прибор горячими полными губами.
Твою мать! Хорошо-то как! с наслаждением воскликнул я. И это наслаждение вымыло все посторонние мысли из моей головы.
Не спеши, красавчик! Девушка оторвалась от моего члена и, с трудом повернувшись ко мне спиной (виной слишком тесное купе, но мне на это было плевать), навалилась локтями на стол и прижалась к моему пульсирующему члену своей роскошной задницей, о которой я мог лишь мечтать всего несколько минут назад. А вот теперь давай, жеребец, почти прорычала она, трахни меня, как следует!
Я не стал даже снимать с нее трусики с веселыми разноцветными цветочками, а лишь слегка сдвинул их в сторону, обнажив истекающую влагой «киску». А после этого глубоко, по самые яйца, вогнал свой каменный член в её тугое и горячее чрево.
Она сладострастно всхлипнула, и умело подмахнула, пытаясь насадиться как можно глубже на мой прибор, одновременно стараясь подстроиться под мои движения и покачивание вагона. А за окном поезда стремительно пролетали поля, леса и перелески
Глава 6
А ты ничего так хрипло произнесла она. Меня, кстати, Леной зовут
Сергей, сдув капельку пота, повисшую на кончике носа, так же хрипло ответил я. Горло пересохло в вагоне стояла жуткая жара, а кондиционер не работал, либо был сломан, либо отсутствовал, как класс. Хотя, вагон выглядел относительно новым, и был произведен, судя по металлическому шильдику в тамбуре, в ГДР. Так что кондишка в нем точно была.
Ты не подумай, произнесла Лена, поправляя «сбившиеся» на сторону трусики. Я не такая ну, в смысле неожиданно замялась она.
Я заметил, как заалели кончики её аккуратных ушек.
Не даю каждому встречному-поперечному! решительно закончила она, резко разворачиваясь ко мне грудью.
И в мыслях не было! чистосердечно признался я. Хорошо еще, что успел штаны натянуть, а то тоже неудобняк, стоять перед такой прикольной девчонкой, «сверкая» голым членом. Ты классная! добавил я, ни разу не покривив душой.
Ты мне тоже сразу понравился, призналась она. Да и давно у меня ни с кем не было Вот и накатило
Не парься! Я протянул руку и поправил её слегка спутавшиеся волосы. У меня тоже давно ни с кем не было Хотя, не очень-то оно раньше и было так «детские забавы»,
новомодно именуемые петтингом. Так что можно сказать, это мой первый полноценный секс с глубоким проникновением. Но проводнице я об этом, ессно, не сообщил пусть думает, что хочет.
Состав неожиданно замедлил свой ход, подъезжая к очередной станции.
Ой! Лена схватилась за голову. Мне же пассажиров надо выпустить и новых впустить
Я нащупал рукой защелку двери и, перед тем, как её открыть, впился в её чувственные губы дерзким поцелуем. Она не стала сопротивляться и тоже отдалась поцелую со всей пылкостью.
Спасибо, Лена! выдохнул я, оторвавшись от её губ, отдающих привкусом горького шоколада. Я этого не забуду
Поезд свистнул, подъезжая к перрону.
Опаздываю! взвизгнула Лена, кидаясь к двери.
Я провернул защелку, и она пулей выскочила в тамбур. Проводив её зачарованным взглядом, я, наконец-то, попытался привести свою мысли в порядок. Произошедшее сейчас со мной, я считал едва ли не даром богов. Ведь раньше о таком приключении я мог только мечтать. А чтобы такое произошло наяву Нет, я, наверное, умер, и попал в рай! Определенно мне начало фартить! Не иначе, Удача, в конце концов, открыла мне свои самые потаенные и сладкие тайны
Я вспомнил оттопыренные Ленкины ягодицы, обтянутые цветными трусиками и то, как я отодвигаю их в сторону, погружаясь Сука! Мой прибор опять принял боевую стойку! Все-все, спокойно! Я сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоится С большим трудом, но мне это удалось. Я вышел в коридор, прошел через тамбур и спрыгнул на перрон, игнорируя лестницу. Отошел в сторонку, стараясь не глядеть на разрумянившуюся Ленку, чтобы опять не спровоцировать стояк в штанах, и закурил. Сигарета сгорела после нескольких глубоких затяжек. Но бешенное биение сердца наконец-то поутихло. Отбросив окурок на рельсы, я закурил вторую, чувствуя, как рот наполняется тягучей никотиновой горечью.
Милок, пивка холодненького не хочешь? Ко мне подкатила сморщенная бабулька с пенопластовой коробкой, поставленной на колесики. Жигулевское. Только из холодильника!
Сколько? поинтересовался я.
Семьдесят копеек, милок
Держи, бабуль. Я вытащил из кармана мятый рубль и протянул старушке. Сдачи не надо!
Карасика солененького тогда возьми? произнесла старушка, ловко пряча желто-коричневую ассигнацию в карман передника.
Спасибо, мать, не хочу, помотал я головой, принимая из рук старушки запотевшую бутылку. Зацепив жестяную пробку зубами, я одним движением сорвал её с горлышка и припал к пенистому пьянящему напитку.
Ох-ох-ох! запричитала бабка. Зубы-то поберег бы, касатик! Вот останешься, как я, без зубов, тогда и пожалеешь, а поздно будет!
Я под причитания старухи высосал бутылку едва не в мгновение ока.
Бутылочку не выбрасывай! предостерегла меня старушка, когда я, оторвавшись от горлышка, аккуратно рыгнул. Двадцать копеек на дороге не валяется!