Всего за 239 руб. Купить полную версию
Несчастья сыпались на Кругловых одно за другим. Осенью арестовали мужа, и тетушку вместе с приемным сыном Германом (сыном дяди Саши от первого брака) выгнали из квартиры на Чистых прудах, позволив взять с собой только самое необходимое. Всю ночь Илечка с огромным чемоданом в руках и плохо соображавшим, что случилось, Германом мыкалась по Москве, пытаясь найти себе и пасынку хоть какой-то
приют. Первым делом она бросилась к сестре на Капельский переулок, но Глеб Сергеевич сам ждал ареста со дня на день и не пустил их в свой дом. В конце концов Иля нашла пристанище у каких-то знакомых в деревне Новогиреево под Москвой.
Само собой, жену «врага народа» выгнали с работы, исключили из партии, а в довершение всех ее несчастий Герман, будучи верным пионером-ленинцем, написал, куда следует, заявление, в котором отрекся от своего отца, «врага народа», и от его жены.
Поражаюсь, как тетушка моя смогла все это вынести и не озлобиться. Когда через три с лишним года началась Великая Отечественная война, Эльза Антоновна снова вступила в партию и до самой своей смерти оставалась верна идеалам коммунизма. Сколько же внутренней силы было у этой маленькой женщины!.. И как жестоко исковеркала ее добрую душу бесчеловечная советская система!..
Приехав из эвакуации в Москву, я узнал, что, оказывается, хлеб может быть разным. Для меня он всегда был просто хлебом. Поэтому, когда мама спрашивала меня: «Сережа, тебе какой хлебушек дать? Черный или белый?..» я неизменно отвечал: «Чени-бени» Конечно, мама и в Крутихе пекла пироги (она вообще очень вкусно готовила и была большой мастерицей по части кулинарии), но пирог это лакомство, а хлеб, по моему глубокому убеждению, должен был всегда оставаться просто хлебом. Кроме того, я узнал, что оказывается на свете есть очень вкусные желтые мячики, которые призывно пахли на всю квартиру и которые взрослые называли «мандаринами». А также темно-коричневые палочки, которые, если их долго держать в руках, начинали таять, пачкали пальцы и назывались загадочно «шоколадкой»
К сожалению, я страдал жесточайшим диатезом, его сейчас принято называть очень красивым словом «аллергия», и мог на всю эту вкуснятину смотреть только издали: есть мандарины, шоколад и конфеты мне было категорически запрещено.
Помню, на Новый, 1953-й год (а мы жили тогда в Житомире) к нам приехала Иля и привезла с собой кучу новогодних подарков. К моему величайшему огорчению, все они были произведены на знаменитой кондитерской фабрике «Лайма». Марципановые и шоколадные фигурки, коробки конфет «Ассорти», плитки вкуснейшего рижского шоколада, россыпью конфеты «Мишка» и «Кара-Кум», всего не перескажешь, лежали под нашей елкой и дразнили одним своим видом. Я чуть не плакал, а брат Борька, по уши измазавшись в шоколаде, за обе щеки уплетал все это кондитерское изобилие с издевательским блеском в глазах. Вероятно, мои страдания были столь глубоки и очевидны, что мама махнула рукой: «Будь что будет!.. Ешь!..» Не помню, сколько конфет я тогда съел, ждал, что на следующее утро покроюсь с головы до пяток зудящими прыщиками, но ничего подобного не произошло: мой диатез сам собой закончился. Но почему-то с тех пор я совершенно спокоен к сладкому и любой шоколадке предпочту соленый огурец.
Развлечений в детстве у меня было совсем немного. Телевидения в ту пору не было, а в кино лет до шести я панически боялся ходить. Страшнее темноты, по моим младенческим представлениям, не было ничего. Поэтому, как только в зрительном зале гас свет, я начинал истошно орать, и маме приходилось уводить меня из кинотеатра. Не помню, что именно произошло, но однажды я все-таки поборол свой страх и посмотрел фильм с начала до конца. За это «мужество» я был вознагражден с лихвой. Фильм «По щучьему велению» мне так понравился, что я тут же, после окончания киносеанса, потребовал, чтобы мы с мамой вернулись обратно.
А может быть, в тот раз я пошел в кино не с мамой, а с кем-то из соседских мальчишек, и при сверстниках мне было стыдно демонстрировать свою слабость?.. Не помню. Но после того «исторического» киносеанса я уже не пропускал ни одного фильма, который шел в кинотеатре «Перекоп» в Грохольском переулке.
В конце 40-х начале 50-х годов фильмов выпускалось немного, поэтому шли они в кинотеатрах месяцами, и мы смотрели их по нескольку раз. Самыми любимыми были фильмы про войну: «Мы из Кронштадта», «Сталинградская битва» и конечно же «Подвиг разведчика»!.. До сей поры звучит в ушах голос Кадочникова, который произносит секретный пароль: «У вас продается славянский шкаф?» «Шкаф продан, осталась никелированная кровать с тумбочкой»
Одним из традиционных и очень любимых мной развлечений были походы с мамой на Крестовский рынок. И знаете почему?.. На то были две причины. У самых ворот рынка бабки, закутанные в зимнее время платками до бровей, продавали красных петушков на палочке. Никакие «сникерсы», «баунти» и «твиксы» не могут идти в сравнение с этим необыкновенным лакомством! Взрослые вообще ничего не понимают в том, что такое настоящая сладость, они не способны ее оценить в полной мере. Им подавай конфетную