Пришлось. Я же сказал, я хоть и тот ещё не подарок, но не люблю, когда с дамами обходятся грубо. Да ещё насилие стрёмное над ними творят. Гопники не поняли и послали меня. А этого я ещё больше не люблю, когда со мной какие-то ушлёпки грубо разговаривают. Пришлось по фанере сусликам настучать.
Троим? Врёшь! Выдал Игорь.
Не троим, а двоим. Третий мелкую держал. И нож у него в руке был. Я по хорошему ещё раз предложил бросить нож, а малую отпустить. Но он проигнорировал моё предложение. Дурной суслик попался.
Девчонки засмеялись.
Андрей, а почему суслики? Хохоча спросила Зоя.
А кто они? Реальные суслики. Один худой задрот, наверное у него глисты, второй ни то, ни сё. А третий вроде поздоровее, но это мне показалось. На самом деле просто толстячок. Я же говорю, суслики.
Ну и дальше? Спросил Павел. Ты этого третьего тоже вырубил?
Не успел.
Почему? Спросили одновременно Зоя и Павел.
Маски-шоу начались. Я усмехнулся.
Какие маски-шоу? Все четверо смотрели на меня вопросительно.
Да там в подворотню с двух сторон ОМОН заскочил Вернее, как их Жандармы, короче. Спецназ ихний. Они облаву устраивали. Я, как их увидел, сразу понял, что здесь глухо и ловить больше нечего. Встал на колени и руки положил на затылок. Балбесы то от жандармов выхватили не по детски, особенно тот, кто мелкую держал. Я думал, что меня просто упакуют, а они мне берцем по рёбрам зарядили. Наверное, для профилактики.
Андрей, ты так странно говоришь. Упакуют. Ты что товар, который упаковывать надо? Это сказала Настя. Посмотрел на неё.
Ты права, Настюша. Для полицейского спецназа, все задержанные это товар, который в обязательном порядке требует тщательной упаковки.
Как это?
Очень просто, удар по тулову, чтобы не сопротивлялся, потом руки за спину, лицом в пол, на запястья браслеты. После в фургон и погнали в отделение.
А что значит выхватили не по-детски? Настя удивлённо смотрела на меня. Господи и правда детский сад.
А не по детски, это значит по взрослому. Толстый суслик получил прикладом в башню В голову. Когда завалился на асфальт попинали, после положили на живот и руки пристегнули к ногам. Поза ласточки. Слышала о таком?
Нет.
Ты, Настенька, очень счастливый человек.
Андрей, но это же дикость какая-то?
Ошибаешься, это наоборот, вполне нормальная работа правоохранительных органов. Так сказать, ничего особенного.
А тебя тоже в позу ласточки? Спросил Игорь и ухмыльнулся.
Нет. Меня просто мордой в пол, браслеты застегнули на руках, подняли, утащили к полицейскому фургону и закинули туда. Мы все четверо там лежали, на полу. Жандармы залезли в фургон и ноги на нас поставили. Так весело и поехали в отделение.
А цесаревна? Спросила Зоя.
А цесаревну они тоже в фургон посадили. Но слава богу на пол не клали. Сидела она на сидении. Правда ноги ей пришлось на меня поставить. Хотя она очень сильно возмущалась таким беспределом. Но я не в обиде. Так ей и сказал. Приехали в отдел. Там троих идиотов куда-то утащили, а меня отдельно. В комнату для допросов завели. Потом двое пришли. Начали меня
грузить какими-то дикими статьями, начиная от подделки денежных купюр и заканчивая шпионажем, терроризмом, госизменой и покушением на венценосную особу. У меня там уши в трубочку начали сворачиваться. Девчонки опять засмеялись.
Ну, Андрей! Вот у тебя приключение было. Сказала Зоя, радостно глядя на мою физиономию. Ничего себе приключение! Да я в гробу такие приключения Буратино видал.
Знаешь, Зоя. Я когда там слушал этих двоих, радости у меня как-то не было.
А что потом? Павел не отставал.
Ну а что потом Потом в комнату к нам заходит мелкая. Вернее, эта девчонка, в сопровождении какого-то генерала и мужика в цивильном. Мои полисмены вытянулись в струнку. Ольга увидела, что я пристёгнут наручниками к столу. Потребовала меня немедленно освободить. Меня отстегнули. Лебезили перед ней. Генерал постоянно свою лысину платочком вытирал. Молодёжь засмеялась. Я тоже, вспомнив ту сцену. Потом она потребовала меня немедленно из застенок освободить. Но ей сказали, что я задержан по особому протоколу.
Ничего себе! Игорь аж выдохнул эту реплику. Ты хоть знаешь чтобы тебе было, если бы тебя судили по особому протоколу?
Что? Лет двадцать расстрела? Я усмехнулся.
Нет. От двадцати лет и до пожизненного. Либо смертная казнь. Странно, что тебя вообще выпустили.
А за меня цесаревна походатайствовала. А на последок сказала, что приглашает меня на свой День рождения. Я видел, как генерал, мужик в цивильном, это который шеф корпуса жандармов и двое полисменов зависли. И даже потребовала, от генерала и главного жандарма, чтобы я пришёл на её День рождения живым и здоровым, и чтобы со мной ничего не случилось. И что за мою явку отвечают они оба.
Класс, Андрей. Воскликнул Павел. Эх, ну почему меня там не оказалось в этой подворотне? Я бы уж показал цесаревне Ольге настоящего мужчину и защитника.
Кошмар! Девчонки засмеялись над Павлом, как и Игорь.
Ой смотрите, Аника-воин! Паша, не смеши народ.
В этот момент в столовую зашёл Фрол Никодимыч. Все замолчали.
Я не понял, а что мы тут сидим по среди ночи? Спать всем. Андрей, тебя сейчас отведут в твою комнату. Всё, расходимся