Далее Кальтенбруннер начал просматривать с карандашом в руках принесенные ему бумаги, а Скорцени углубился в чтение «Сводки с театра военных действий на Восточном фронте» за истекшие две недели. Это была засекреченная военная сводка не из тех, что ежедневно передавались по радио помпезной и лживой геббельсовской пропагандой. Как офицер спецслужб, владеющий закрытой информацией, Скорцени знал многое из того, что сейчас читал, но были и неизвестные ему, свежие данные. Общая картина вырисовывалась безрадостная и крайне удручающая: Красная Армия перешла в решительное наступление по всем трем стратегическим направлениям. На севере германские войска, объединенные в группу армий «Север» (с июля 1944 года во главе с генерал-полковником Иоханнесом Фриснером), отступили к линии «Пантера» вдоль границ Эстонии и Латвии. 23 июля Красная Армия освободила город Псков, 28 июля Нарву.
«Только в Заполярье шести дивизиям 20-й горной армии удалось закрепиться и удерживать рубежи обороны в Карелии», невесело размышлял Скорцени, подойдя к висевшей на стене большой карте. Далее его взгляд скользнул на юг: группа армий «Центр» под командованием генерала-фельдмаршала Вальтера Моделя потерпела
настоящую катастрофу, потеряв к августу в результате летних боевых действий до 300 тысяч человек, она практически перестала существовать! К середине июля русские освободили Белоруссию, затем вступили на территорию восточных районов Литвы и Польши, дошли до берегов Вислы и освободили 31 июля восточную часть Варшавы. На южном направлении группа армий «Юг», переименованная в группу армий «Северная Украина» (с июня ее возглавил генерал-полковник Йозеф Гарпе), сдала 23 июля Люблин, 27 июля Львов. Было от чего впасть в глубокую меланхолию.
Скорцени, закончив изучение документа, на что ушло не более десяти минут, отошел от карты и сел на прежнее место, отложив листки в сторону. Кальтенбруннер заговорил первым:
Не думаю, что ты узнал что-то принципиально новое, тем не менее видишь, ситуация складывается, скажем так, драматическая. Да, крайне драматическая! Генерал встал и в возбуждении начал ходить по кабинету. Уму непостижимо, русские дошли до берегов Вислы! Они уже на пороге Германии!
Кальтенбруннер сел за стол и закурил очередную сигарету, потом заговорил более спокойно:
Военно-стратегическая обстановка требует от нас нестандартных решений и действий. По поручению рейхсфюрера СС наше управление приступило к разработке сверхсекретной операции под кодовым названием «Прыжок тигра», цель которой физическое устранение Сталина!
Прошу прощения, Эрнст, но такие попытки покушения на советского лидера нами уже предпринимались, спокойно отреагировал Скорцени. Тебе это известно не хуже меня. Увы, все провалилось. Русские слишком берегут и прекрасно охраняют своего Верховного главнокомандующего. Лично я не вижу даже минимального шанса на успех подобной акции, прости уж за такую откровенность и пессимизм.
Такой шанс нам дают наши ученые и инженеры! С минуты на минуту сюда должен прибыть доктор Дорнбергер наш ведущий специалист в области сверхсекретных разработок новейшего чудо-оружия рейха! Кальтенбруннер встал, подошел к окну, потом быстро вернулся и поднял трубку внутреннего телефона. Ну, что там? Где доктор Дорнбергер? Уже прибыл? Немедленно проводите его ко мне! Да, немедленно!
Если я правильно понял это тот самый Вальтер Дорнбергер, с «острова»?! Скорцени удивленно посмотрел на шефа.
Ты не ошибся, Отто, это именно он!
Если упомянутые тобой сверхсекретные разработки связаны с пилотируемой «ФАУ», то, насколько мне известно, этот проект потерпел фиаско и «заморожен» еще два месяца назад!
Откинувшись на спинку кресла, шеф РСХА уверенным тоном осведомленного человека веско произнес:
Последний раз, если не ошибаюсь, ты посещал ракетный полигон Пенемюнде в начале июня так вот, с тех пор работы по управляемой крылатой ракете значительно продвинулись! Думаю, что после доклада нашего ученого доктора твой пессимизм развеется, как дым!
Через час Скорцени покидал кабинет начальника РСХА в приподнятом настроении: только что он стал одним из главных участников грандиозного плана, призванного изменить ход войны. Уже на заднем сиденье служебного «Мерседеса», по пути в штаб своего диверсионного отряда в замке Фриденталь, Скорцени мог более трезво проанализировать предстоящее задание. В разговоре с Кальтенбруннером он не случайно упомянул о нескольких попытках покушения на Сталина, о которых был информирован по роду своей служебной деятельности. В одной из них, операции «Возмездие», Скорцени участвовал лично, но все эти планы и секретные разработки не привели к успеху, хотя готовились они весьма тщательно, с привлечением ведущих немецких ученых-специалистов: для этих целей в лабораториях Третьего рейха были созданы специальные экземпляры уникального вооружения, о чем майор знал не понаслышке. Так, для стрельбы по бронированному лимузину Сталина был изготовлен портативный реактивный гранатомет «Панцеркнакке» (в переводе с немецкого «прогрызающий броню»). В рукав шинели или плаща агента-диверсанта помещалась металлическая трубка, в нее вкладывался реактивный снаряд кумулятивно-бронебойного действия большой разрушительной силы. «Панцеркнакке» крепился к руке, а выстреливаемый из него снаряд пробивал на дистанции более двухсот метров стальной броневой лист толщиной сорок миллиметров! Для подрыва сталинского автомобиля был разработан и другой, не менее эффективный вариант: создана сверхмощная взрывчатка, внешне похожая на небольшой комок обычной глины. Взрыватель внутри нее включался по радио с расстояния в несколько километров. Это взрывное устройство надо было лишь незаметно прикрепить к нижней части автомобиля, после чего в определенное время взорвать