Гудевшая в ночи виолончель доктора и скелеты в каждом шкафу теперь уже ничего не значили для миссис Броуд, ничто не могло на долгое время ее поразить. Она также всецело одобряла Диану, которую хорошо узнала за время ее первого тревожного пребывания в гостинице, куда Стивен ее привел, после их прибытия в Англию. Миссис Броуд полюбила Диану за красоту, которой откровенно восхищалась, и за дружелюбие (она не жеманничала и не считала выше своего достоинства попросить у стойки бара стакан поссета) и за ее очевидную страсть к доктору.
Миссис Мэтьюрин была частым гостем в Грэйпс, принося рубашки, синие шерстяные чулки, пряжки туфель, оставляя записки, забегая за небольшими суммами денег, ведь хотя Диана и оказалась намного богаче Стивена, расточительней она была еще в большей мере. Их брак казался странным, но миссис Броуд однажды заметила миссис Мэтьюрин и леди Джерси , сидевших вместе в одной из дворцовых карет, на запятках которой стояли лакеи, и у нее осталось смутное впечатление, что Диана "хоть кем-то да являлась при дворе", что естественным образом ограждало ее от образа жизни простого смертного из плоти и крови.
В последние дни Диана бывала там еще чаще, потому что доктор опять отправлялся в море вместе со своим близким другом Джеком Обри, известным на флоте как Счастливчик Джек Обри за свою исключительную удачу в захвате трофеев, но теперь ставшему столь невезучим в делах, что с радостью принял незавидное временное командование семидесятичетырехпушечником 'Ворчестер', одним из оставшихся на плаву Сорока Воров , этой легендарной серии линейных кораблей, построенных по заказу с долей некого "воровства" в шпангоутах, кницах и креплениях - во всей конструкции - весьма необычное замечание даже для времен широко распространенной коррупции и весьма серьезное для тех, кто отправляется на них в море.
Корабль должен отвезти его в Средиземное море к эскадре адмирала Торнтона и бесконечной блокаде французского флота в Тулоне. А коль скоро Стивен должен отправиться в море, то, само собой разумеется, необходимо собрать его рундук. Он сам раньше не раз его паковал, и рундук всегда удовлетворял его скромным потребностям, даже когда доктор находился на значительном отдалении от берега, не говоря уж о Средиземном море, с Барселоной и Мальтой всего лишь в нескольких сотнях миль к подветренной стороне (в зависимости от ветра); но ни Диана, ни миссис Броуд не могли вынести способ Стивена забрасывать вещи в беспорядке, заворачивая хрупкие предметы в чулки, и обе то и дело вмешивались в процесс - оберточная бумага, в порядке разложенные стопки того и сего, чистота и порядок, даже ярлычки.
Сейчас отделанный медью рундук был открыт, и доктор Мэтьюрин рыбачил в нем, надеясь найти свой
лучший шейный платок - белый, с оборками, размером со средний лисель, который он собирался надеть на прощальный обед Дианы. Рыбалка осуществлялась хирургическим ретрактором , одним из самых эффективных инструментов, известных науке, но ничего не нашел, и когда наконец стальные крючья заскрежетали по дну, закричал:
- Миссис Броуд, миссис Броуд, кто спрятал мой шейный платок?
Миссис Броуд вошла безо всяких церемоний, с перекинутым через руку шейным платком, хотя Стивен был в одной рубашке.
- Почему, ах, почему вы забрали его? - вскричал он. - Разве в вас нет сострадания, миссис Броуд?
- Миссис Мэтьюрин сказала, его следует перекрахмалить. Уверена, вам не понравится носить жабо помятым.
- Ничего более я бы так не желал, - пробормотал Стивен, наматывая на себя платок.
- И миссис Мэтьюрин сказала, вам следует надеть ваши прекрасные новые туфли, - добавила миссис Броуд. - Которым я натерла подошвы.
- Я не могу пойти пешком на Халф-Мун-Стрит в новых туфлях, - воскликнул Стивен.
- Нет, сэр, - терпеливо ответила миссис Броуд. - Вы отправитесь в портшезе, как и сказала миссис М. этим утром. Люди ждут в баре уже десять минут как, - ее взгляд скользнул по раскрытому рундуку, еще полчаса назад уложенному столь аккуратно, как только можно пожелать. - Ох, фи, доктор Мэтьюрин, - воскликнула она. Ох, фи, доктор, фи.
- Ох, фи, Стивен, - сказала Диана, поправив ему шейный платок. - Как можешь ты так непозволительно опаздывать? Ягелло уже целую вечность околачивается в гостиной, а другие будут тут с минуты на минуту.