Кто там?
Ева, это я, раздался обрадованный голос.
Кто я? спросила, затягивая время и лихорадочно соображая как от них отделаться. Впускать в квартиру эту ненормальную, я точно не имела никакого желания.
Лейтенант Звёздочкина, доложил голос Людочки из-за двери.
Хорошо хоть не звездулькина, хотя, возможно, в школе её так и дразнили.
Не знаю такую, ответила, стараясь не заржать в голос, но если вы за анкетами, то я их ещё не просматривала. Приходите через пару часов.
Ева, это я, нам поговорить нужно. Вышло небольшое недопонимание.
Я покашляла.
Людмила Викторовна?
Да.
А милиционер Александр не с вами?
Я здесь, добавился голос лейтенанта.
Едва не поперхнулась, они что, точно пришли диван арендовать?
Я пришёл сказать спасибо, продолжил Александр.
Честно говоря, никакого соблазна лицезреть их не было. Подмывало сказать: «Вы там вдвоём? Вот и беседуйте». А то, сначала болонка вшивая и ручками в лицо, а теперь извиняться. До лампочки мне её извинения. Но на всякий случай сняла чокер с медалью. Вдруг опять не будет знать, чем ручки свои занять. Тем более что это ассоциируется у неё с чем-то другим и действует как красная тряпка на быка.
Пока раздумывала, появился третий голос, который я сразу узнала и щёлкнула замком. При нём эта парочка точно ничем предосудительным заниматься не стала бы.
Илья Спиридонович влетел первым, и сразу подмигнув мне, спросил:
Подвижки есть? а потом поднял трубку на телефоне и поднёс к уху. С этим спаренным телефоном никогда не дозвонишься, пока Вовка Нарлы один дома. Он же с телефона не слазит, паршивец.
А я в обалдении уставилась на его форму. Таким нарядным подполковника ещё не видела. Брюки идеально отутюженные, серо-голубого цвета рубашка с новенькими погонами. Просто красавчик. То-то влюблённые замерли как статуи.
И снова обратился ко мне:
Ну?
Я отрицательно помотала головой. Ну не рассказывать же, что основное время провела в компании его подчиненных, от которых никак избавиться не могла.
Ну ладно, я на минутку, дозвониться не мог, вот и заскочил. И уж раз поднялся, принёс то, что ты просила. Надеюсь, такая формулировка тебя более устроит? он раскрыл пухлую кожаную папку и протянул мне листок размером А5, и лично от генерала, вручил маленькую плоскую коробочку, потом обернулся к лейтенанту. Зарипов, ты тут не задерживайся. Приводи себя в порядок, Иван Спиридонович критически осмотрел форму лейтенанта, и утром в центральный, (Саша
козырнул). Перевёл взгляд на Люду. Звёздочкина. У тебя вроде выходной?
Так точно, выходной, заскочила на минутку и заодно анкеты занесла, бодро отрапортовала. Побаиваются начальника.
Вот чего тогда тянулась, спрашивается?
Едва за подполковником закрылась дверь, Люда шагнула ко мне и, обхватив за плечи, крепко прижалась.
Извини, была не права, не держи обиду.
Мир, согласилась я.
И спасибо за Сашу. Не знаю, как ты это сделала, но спасибо.
Потом отстранилась.
Пуля куда попала, что ты так быстро оклемалась?
В плечо, я оттянула край халата чуть больше, чем когда устраивала дефиле.
Ого, удивлённо проговорила Люда, а почему без повязки?
В душ ходила, а потом не успела.
А ошейник успела себе сделать? Ну, честное слово, как болонка на выставке.
Это чокер, возмутилась я, сейчас так модно, Софи Лорен, Брижит Бардо.
Люда посмотрела на меня с сомнением.
Так им уже по сорок пять, почти. И в ошейниках? Или, как ты его назвала?
Чокер.
Ни разу не слышала и вот что тебе скажу. Не нужно в нём ходить, а медаль носится на левой стороне груди. Я потому и возмутилась. Думала награду отца и вот так. Я не знала. Но молодец, что сняла. А это что? она перехватила взглядом листок, который я продолжала держать в руке. Наградной? Дай глянуть.
Пробежала по нему взглядом и сунула под нос Александру.
Видал? Ничего себе, как бы мне хотелось это увидеть собственными глазами, она мечтательно посмотрела в потолок, а медаль дашь посмотреть?
Мне не жалко, достала из шкафчика трюмо, куда перед этим спрятала.
Они на пару ещё минут двадцать восторгались, рассыпались в любезностях и благодарили. Еле вытолкала. Боялась, что предпримут атаку на мой диван. В XXI веке кто у меня только не перебывал, особенно когда я в отпуск сваливала.
Постояла перед зеркалом минут десять, разглядывая своё изделие, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Если колоду убрать, совсем улётно. Проблема, что в СССР про чокер не знали и в помине. Вот если бы кумир, какой, на сцене такое отчебучил, фанаты точно начали закручивать себе вокруг шеи всё подряд. Таскали ведь атрибутику поклонники зарубежных «металлических групп». А пока, увы. С болонкой, это она лиханула конечно, но миттельшнауцером запросто обзовут. Если в СССР знают про такую породу.
Засунула свой нос в наградной лист.
Номер, фамилия имя отчество. За доблесть и проявленное мужество при задержании особо опасного преступника, награждается
Совсем другое дело, а то придумали общественный порядок. Ещё бы заламинировать, а то желающие прочитать мигом сделают из наградного листка портянку.
Достала из кармана плоскую коробочку и открыла. Серьёзный комсомольский значок. «За активную работу по охране общественного порядка». Тьфу ты, ну что ж они к общественному порядку прицепились? Неужели никаких других формулировок не существовало?