В экваториальных странах жаркий влажный климат делал массивную стену излишней. Роль психической преграды отдана здесь плетенке из пальмовых листьев или бамбука. В Японии природа слишком часто и слишком грозно напоминает о себе, чтобы человек мог довериться иллюзорной несокрушимости стен, и роль психической ограды была издавна доверена тонкой деревянной раме с натянутой на нее бумагой. Углубляться в это море различий мы не будем, но важно помнить: если слово стена прочно связано в нашем сознании с чем-то солидным, то за этим не только требования климата, но и отпечатанная в нас память предков, населивших страны умеренного климата. Материал не имеет принципиального значения, лишь бы обеспечивал желанную надежность. Выбор материала зависел от места, выбор конструкции - от материала: камень там, где много удобного для обработки камня; дерево - в лесах; глина - там, где недоставало и дерева, и камня.
Вопрос о происхождении формы жилищ волновал человека давно, с того момента, когда он осознал себя детищем цивилизации и вглядывался в сумрак прошлого, чтобы понять свое «сегодня». Сопоставляя привычные для себя дома с домами «варваров», древние египтяне, шумеры, греки, римляне, китайцы в принципе верно догадывались о логике развития жилища. Почти две с половиной тысячи лет назад великий драматург Эсхил в «Прикованном Прометее» утверждал:
«Из кирпичей не строили
Домов, согретых солнцем. И бревенчатых
Не знали срубов. Врывшись в землю, в плесени
Пещер, без солнца, муравьи кишащие
Ютились».
Действительно, искусственная пещера - землянка, то есть жилище, для которого роль солидной стены выполняла вся толща земли, тысячи лет служила человеку надежным убежищем. Иное дело, что не получается простой зависимости: сначала землянки, потом срубы или дома, выстроенные из камня или кирпича. Землянка возрождалась вновь и вновь как самое простое, самое дешевое жилище, когда не было средств создать иное или когда было опасно сооружать что-либо иное. С землянок начинали свои черноморские колонии греки, читатели и
почитатели Эсхила - это доказано раскопками в Крыму, Румынии, Турции. В землянках жили обитатели некогда великолепных городов Европы после того, как Римская империя перестала существовать. В землянки хоронились уцелевшие после набега степняков или соседних князей жители русских городов и сел в XI, XIII, да и в XV веке. С землянок начиналось строительство Петербурга партизанская землянка вошла в легенду в годы Великой Отечественной войны.
5. Так называемый дом Менандра. Помпея. I век н. э.
Этот дом, принадлежавший в момент гибели города Квинту Помпею, свойственнику императора Нерона, - самый древний и один из самых больших в Помпее. Его планировочное ядро (внизу справа) - вход с каморкой привратника, маленький дворик-атриум с бассейном-имплювием и таблинум (некогда в таблинумах хранились документы, позже слово стало обозначать гостиную) - было построено около 250 года до н. э. В течение 300 лет дом разрастался и неоднократно перестраивался. В его центре - огромный, 18X22 м, двор с бассейном, окруженным колоннадой. Такой двор назывался перистильным. В его задней стене полукруглые ниши и альковы, на боковой стене одного из них находится изображение греческого комедиографа Менандра (IV век до н. э.), давшее имя сооружению. В угловой нише той же стены расположен алтарь с бюстами предков - Ларариум.
Справа к перистилю примыкают баня с бассейном, огромная трапезная - триклиниум, стены которого покрыты фресками с пола до потолка, кухонные помещения. Слева от перистиля - «квартира» домоправителя и помещения рабов. Весь левый ряд помещений, выходящий на улицу, был занят лавками и жильем над ними и покомнатно сдавался внаем
К первым векам нашей эры огромность Римской империи, разнообразие народов, включенных в ее орбиту или соседствующих с ней, было уже столь велико, что Плинием, Страбоном, Диодором были отмечены и описаны уже десятки типов жилища: от Британии до Эфиопии, от Западной Африки до Кавказа, Персии, Индии. Более того, филолог III века н. э. Фест, упорно доискивавшийся до значений и происхождения слов современной ему латыни, довольно точно восстанавливал часть истории дома. Так, он записывал между прочим: «Адтиберналис - жилец постоянного дощатого жилища (таберна); что такой вид жилья был самым древним у римлян, подтверждают чужеземные племена, которые поныне живут в дощатых сооружениях. Вот почему и лагерные палатки, хотя и покрываются шкурами, называются табернакула».
К нашему времени число известных типов жилого дома - это многие сотни, даже если отбросить, частности; стена может вовсе не иметь окон или превратиться в сплошное окно (к слову сказать, это отнюдь не сегодняшнее изобретение, уже в XVIII веке было широко известно «французское окно» - стеклянная дверь, открывающаяся на террасу), но это все та же стена, что и на холме Чатал Хююк в сегодняшней Турции, возведенная в VII тысячелетии до н. э.
Заметим: почти во всех случаях стена дома значительно выше видимой своей части. Только на сплошной скале можно было просто, слой за слоем, возвести массивную стену; только легкую стену-плетень можно поставить прямо на землю. Во всех остальных случаях видимая стена продолжена вниз невидимой - фундаментом. На «дышащих», то есть замерзающих и оттаивающих, напитываемых вешней и дождевой водой грунтах стена стоять не может. Она сначала даст трещины, затем неравномерно просядет, оползет, расколется, рухнет. Давным-давно на печальном опыте человек освоил эту истину. «Древние говорили, - записывал замечательный