Теперь настал самый сложный этап. Нужно плавно вывести людей из шока, взять их под контроль, не допустить чтобы люди разбежались, убедить их подняться на борт корабля.
Вот вы вот, да- да, лично вы, читатель, поднялись бы на борт летающей тарелки, если бы вам сказали, что прилетели лично за вами, из прекрасного далека, коммунизма например? Вот. То-то же. Действуем.
Пункт первый. Выводим бывших пленников из состояния шока. Когда Егор только начинал работать в своей крутой «конторе», он в похожей, (не редкой , надо сказать ситуации,) просто шел к пленникам напрямую, и начинал кромсать своим любимым ножом десантника, связывающие пленников веревки. Или ручным гидравлическим прессом перекусывал железные кандалы. Все хорошо, никто почти не сопротивлялся. Да только многие потом заикались, а некоторые банально ходили под себя. И не только дети, кстати. Так что, наученный своим нелегким опытом, он не пошел сразу к пленникам, поигрывая модным в узких кругах десантным ножом, а побрел собирать трофеи у разбросанного костра. Пусть бывшие пленники и пленницы на него со стороны посмотрят, да привыкнут немного. А чтобы на него хорошо посмотрели, нужен свет. С антенны боевого костюма сорвалась команда, и его «Партизан-103», формально научно-исследовательский, а фактически все-таки транспортно-боевой корабль среднего тоннажа, плавно оторвался от земли, поднялся из низины, и бесшумно заскользил, приближаясь к людям. В считанные минуты доскользив, он, издавая тихий низкий гул, опустился на опоры в 50 метрах от Егора. На минимальной мощности вспыхнул прожектор, и под громкие стенания «пленников», наш герой начал осматривать тела убиенных врагов. Трофеи были не богатые видно совсем поиздержались в походе кочевники. Достойными затрофеивания оказалась лишь пара кривых мечей, а может уже сабель, да кинжал простенький, лежавший на обожженной взрывом земле. Правда сканер боевого костюма засек несколько золотых, серебряных и медных монет, спрятанных
на поясе самого старшего «рабовладельца». Изымем тоже.
Походив кругами вокруг бывшего костра, Егор посчитал, что к его виду уже достаточно все привыкли, и подошел к связанным. На него с ужасом глядели дети разных возрастов, разного же возраста женщины, несколько взрослых мужиков и пара молодых парней. И никого из стариков. Не много мужчин уцелело в деревеньке отметил про себя . Спокойно подошел к одному из молодых мужиков, перевернул его на пузо, и срезал веревки с рук. Кинул ему «трофейный» кинжал, показал ему на остальных. Вроде понял он, занялся делом. Махнул рукой всё еще прячущимся в высокой траве «героям-русичам». Те смущенно встали и пошли к лагерю. И вдруг на мониторе тактических очков выскочила красная пиктограмма недружественного объекта, и со стороны пасущихся лошадей , прямо в сегмент брони, закрывающей горло, щелкнула стрела. Ответная очередь из «калаша» навскидку. Дистанция 80 метров не оставила шансов врагу. Красная пиктограмма на забрале шлема сменилось фиолетовой «противник уничтожен». Надо сходить, посмотреть.
Сходил. Посмотрел. Оказывается, коновода возле лошадей оставили. А он бараньей шкурой укрылся, и задрых. И его, вместе с лошадями, Егор «отфильтровал» с боевого экрана, чтобы воевать не мешал. Когда все началось, он затаился и выбрав момент пустил стрелу. Попал, что характерно. Был бы Егор без доспеха сразу наповал. Вот так можно на дембеле ноги протянуть внезапно - осознало сознание.
Тем временем, все связанные оказались развязанными, и разминали кисти рук, поглядывая по сторонам.
Пункт второй погрузить всех на борт «Партизана». Ну что же, молекулярная химия в 24 веке творит чудеса. Вот она и сейчас в помощь. Прикосновением к сенсору Егор разбудил процесс сращивания нательной брони со шлемом, рот прикрыла прозрачная полусфера защитной маски. Нос почуял запах, сильно напоминающий запах нагретой на солнце краски заработала регенерация воздуха, костюм перешел в режим изоляции от атмосферы. Из бокового держателя на поверхности брони извлечен цилиндр контейнер со специальным, сверхлетучим газом. Через минуту, сделав всего по два-три вдоха смеси атмосферы с психотропной дурью, именуемой «Лаванда-М», люди становятся сговорчивыми и не думающими. Чем Егор и воспользовался. Откинулась аппарель грузового трюма, и освобожденные пленники, вместе с самоосвободившимися «героями-русичами» пошли на корабль, увлекаемые Егором. Всего-то пару слов сказал на старорусском. И ещё парочку общерусских добавил. «В женскую баню бы прийти с этим контейнером» - заскочила шаловливая мысль. В шутку конечно за такую выходку на территории Федерации сразу каторга светит. С идиотами, «балующимися» боевыми психотропными веществами, трибуналы, как раз, не шутят.
Теперь надо людей рассадить в кресла и зафиксировать зажимами, дабы в полете не вывалились. И не шарахались по кораблю. Подавленные и растерянные, но все еще покорные от «чудотворящего» воздействия «Лаванды-М», бывшие пленники стояли в грузовом трюме «Партизана» и безнадёжно пытались вникнуть в обстановку. Егор брал по двое под руки, отводил в пассажирскую кабину, сажал освобождённых на сиденья, и фиксировал их ремнями. Его «Партизан» был рассчитан на транспортировку целого взвода со средствами усиления, так что кресел хватило всем.