Но не сочтет ли читатель спорным еще более спорным, чем это противопоставление разных этажей экономики, употребление мною для обозначения самого верхнего этажа слова капитализм!Этот термин капитализм появился в своей законченной и ярко выраженной форме несколько поздно, лишь в начале XXв. Бесспорно, что на всю его сущность наложило отпечаток время его подлинного рождения в период 14001800 гг. Но относить его к этому периоду не будет ли это тягчайшим из грехов, в какой только может впасть историк грехом анахронизма? По правде сказать, меня это не слишком беспокоит. Историки придумывают слова, этикетки, чтобы задним числом обозначать свои проблемы и свои периоды: Столетняя война, Возрождение, гуманизм, Реформация... Мне нужно было особое слово для этой зоны, которая не является настоящей рыночной экономикой, но зачастую полной ее противоположностью. И неотразимо привлекательным оказывалось как раз слово «капитализм». Так почему бы не взять на вооружение это слово, вызывающее столько ассоциаций, забыв обо всех горячих спорах, какие оно возбуждало и возбуждает еще сейчас?
В соответствии с правилами, действующими при построении любой модели, я в этом томе осторожно продвигался от простого к сложному. То, что бросается в глаза при первом же взгляде на экономические общества прошлого, это то, что обычно именуют обращениемили рыночной экономикой.И, следовательно, в первых двух главах «Орудия обмена» и «Экономика перед лицом рынков» я занялся описанием рынков, торговли вразнос, лавок, ярмарок, бирж... Разумеется, со множеством деталей. И попытался вскрыть правила обмена (ежели такие существуют).
Следующие две главы «Производство, или Капитализм в гостях» и «Капитализм у себя дома» выходят за пределы сферы] обращения, касаются запутанных [повсюду] проблем производства. Они также уточняют смысл этих принятых нами решающих в споре слов капитал, капиталист, капитализм,что было необходимо. И наконец, они пытаются разместить капитализм по секторам: такого рода «топология» должна обнаружить его пределы и по логике вещей раскрыть его природу. Тогда-то мы и подойдем к самому пику наших затруднений (но не к завершению наших трудов!).
И последняя глава, «Общество, или Множество множеств"», вне сомнения, наиболее необходимая, она и в самом деле пытается поместить экономику и капитализм в общие рамки социальной действительности, вне которой ничто не может обрести своего полного значения.
Но описывать, анализировать, сравнивать, объяснять это означает чаще всего выходить за пределы исторического повествования, это означает пренебрегать непрерывным временем истории или разрывать его как бы по своей прихоти. А ведь время это существует. И мы вновь обретем его в третьей, и последней, книге этого труда «Время мира». Таким образом, на страницах настоящего тома мы окажемся на предварительном этапе, где время в его хронологической непрерывности не соблюдается, а используется в качестве средства при наблюдении.
==8
2 Maitland F. W. Domesdaybook and Beyond.(2-е издание), 1921, p. 9. "Simplicity is the outcome of technical subtlety; it is the goal, not the starting point".
Это тем не менее отнюдь не упростило мою задачу. По четыре, по пять раз я переписывал главы, которые вы прочтете. Я их обсуждал в Коллеж де Франс и в Практической школе высших исследований, писал и затем переписывал от начала до конца. Один из друзей Анри Матисса, который ему позировал, рассказал мне, что тот имел обыкновение по десять раз снова и снова начинать свои рисунки, день за днем выбрасывая их в корзину, чтобы остановиться только на последнем, где находил наконец, как он думал, чистоту и простоту линий. К несчастью, я не Анри Матисс. И я даже не уверен, что последний вариант моего текста будет самым ясным, наиболее соответствующим тому, что я думаю или пытаюсь думать. Чтобы утешиться, я повторял себе изречение английского историка Фредерика
У. Мейтленда (1887 г.), гласящее, что «простота не отправная точка, а цель» 2, порой же, при определенном везении, завершающий момент.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АВПР Архив внешней политики России
"Annales E.S.C." "Annales: Economies, Sociétés, Civilisations"
A.E. (Ministère des) Affaires Etrangères
A.N. Archives Nationales
A.d.S. Firenze Archivio di Stato di Firenze
A.d.S. Genova Archivio di Stato di Genova
A.d.S. Lucca Archivio di Stato di Lucca
A.d.S. Napoli Archivio di Stato di Napoli
A.d.S. Venezia Archivio di Stato di Venezia
A.V.P. Archives de la Ville de Paris
B.N. Bibliothèque Nationale
PRO Public Records Office
ЦГАДА Центральный Государственный архив древних актов
==9
00.htm - glava02
Глава 1 ОРУДИЯ ОБМЕНА
Маркс К-, Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т. 23, с. 578.
2 Там же .
3 Romeuf J. Dictionnaire
des sciences économiques.
19561958. См. статью
"Circulation".
4 Oeuvres de Turgot.
(Ed. Schelle G.), 1913
1923, I,p. 29.
5 См. завышенную
оценку роли обращения
в кн.: Greef G., de.
Introduction à la
sociologie,2 vol., 1886
1889.
6 Ardant G. Théorie
sociologique de l'impôt.
1965, p. 363.
«Производство как
таковое очень трудно
ухватить».
На первый взгляд экономика это две огромные зоны: 1 производство и потребление. В первой все начинается и возобновляется, во второй все завершается и уничтожается. «Общество, говорит Маркс, не может перестать производить, так же, как оно не может перестать потреблять» '. Истина общеизвестная. Прудон говорил почти то же самое, когда утверждал, что единственная очевидная цель человека работать и есть. Но между двумя этими мирами втискивается третий, тонкий, но живой, как речушка, и тоже узнаваемый с первого взгляда: обмен, или, если угодно, рыночная экономика. Нд/ протяжении столетий, которые изучаются в этой книге, она несовершенна, прерывиста, но уже навязывает себя и она определенно революционна. В [рамках] целого, которое упорно тяготеет к рутинному равновесию и выходит из него разве только для того, чтобы снова к нему же возвратиться, она представляет зону перемен и новаций. Маркс ее обозначает как сферу обращения 2 выражение, которое я по-прежнему продолжаю считать удачным. Несомненно, слово «обращение», пришедшее в экономику из физиологии 3, охватывает слишком много вещей сразу. Если верить Ж. Шеллю, издателю полного собрания сочинений Тюрго 4, последний подумывал о том, чтобы написать «Трактат об обращении», где шла бы речь о банках, о системе Лоу, о кредите, денежном курсе и торговле, наконец, о роскоши, т. е. почти обо всей экономике, как ее тогда понимали. Но разве термин «рыночная экономика» не приобрел сегодня также расширительный смысл, который бесконечно превосходит простое значение обращения и обмена? 5