Они часто занимаются подобным. Овчарки оббегают их по бокам, особенно когда они вот так, как сейчас, загоняют овец.
Собаки их не загрызут?
В воздухе раздался глубокий и протяжный смех Риса.
Нет, милая. Они их стерегут.
Вы их здесь разделываете? сказав это, она повернула к нему голову.
Иногда. В основном, мы продаем их. Покупатели загружают их в грузовик и увозят.
Вы их всех сгоняете в одно место? Я вижу нескольких, которые, находясь очень далеко, выглядят, как маленькие белые крапинки.
Рис, повернув голову, увидел Келлана.
Да, ответил он Данае, Я думаю, время моего прибывания здесь подошло к концу.
Ты уже уходишь? спросила она и повернулась, проследив за его взглядом.
Как только она посмотрела на него, Келлан почувствовал, как закипает его кровь. Её волосы по-прежнему были распущены, маня его коснуться их, коснуться ее.
Рис откашлялся, нарушая повисшую тишину.
Эм-м, Келлан, я пообещал найти какую-нибудь одежду для нее. Даная сказала, что ей не комфортно ходить в, Рис указал на ее коротенькие шорты и рубашку. Что ж я пойду.
Келлан не понимал, почему вдруг. Она ни словом не обмолвилась вчера или ранее о своем желании переодеться. Если так, то он хотел, чтобы она была одета в рубашку, джинсы и сапоги.
Он хотел парить в облаках, среди потоков ветра, глядя на мир с высоты полета. Он хотел, чтобы его руки зарылись в ее волосы, а её тело двигалось под ним. Хотел быть внутри неё.
Келлан повернулся к Рису.
Это хорошая идея. Пойду что-нибудь присмотрю.
Я это сделаю, ответил Рис, выходя из комнаты.
Келлан еще долго смотрел на пустой дверной проем после того, как Рис вышел. У него не было выхода, нужно начать допрашивать Данаю, но не раньше, чем он обретет контроль над своим телом. Это было слишком очевидно, болезненно, ясно.
Теперь моя очередь спрашивать о том, комфортно ли тебе, сказала она.
Нет, это было всё, что он мог произнести. И он молился, чтобы она не подошла к нему. Он не был уверен, что сможет сдерживаться, если она подойдет к нему немного ближе.
Дреаган красивое место. Я также попробовала виски. Не удивлена, что он является лучшим.
Он смотрел на неё, понимая, что словами она пытается его подвести к чему-то.
Но?
Но у меня такое чувство, что это больше, чем просто место. Возьмем, тебя, к примеру.
Что насчет меня? он не должен был поддерживать этот разговор, но ему стало интересно, каким она его видит.
Она облизнула губы, привлекая внимание к их полноте и сочности, губы, которые будто молили о поцелуе.
Ты другой. Когда я смотрю в твои глаза, это почти как, если бы будто бы я заглядываю в прошлое.
Келлан знал, что он не мог позволить ей зайти дальше. Он должен был перевести разговор на неё, чтобы заставить говорить о чем угодно, но как она смогла рассмотреть это в нем. Это было слишком опасно для неё и для него.
Он решил повторить уже ранее заданные ей вопросы. Возможно, он узнает что-то новое, он должен узнать больше. Келлан не хотел, чтобы она нуждалась в помощи. Он не был уверен, как долго еще сможет игнорировать её сладкие изгибы.
Мысленное признание этого приводило его в бешенство. Она была человеком. Он должен помнить, что они сделали с ним и его бронзовыми драконами.
Ты и Мэтт знали о том, что собирались здесь найти? Что, по мнению Мэтта, должно было появиться, как только он тебя ранит, для кого или чего нужна была приманка?
Глава 8
Даная не была дурочкой. Келлан сменил тему, потому что она задела его за живое. Она не отвела глаза от его пристального взгляда, своими словами он бросал ей вызов.
Мне кажется, что Мэтт ждал, словно что-то должно появиться. Она закрыла глаза, вспоминая события в пещере. Даная намерена была остаться в живых, она много тренировалась, ее подготовка и фотографическая память позволяли ей улавливать и воспроизводить малейшие детали. То, как он сказал, что я была приманкой. Это было, словно.
Глаза резко распахнулись от охватившего ее беспокойства.
Словно, что? подтолкнул Келлан.
Словно Мэтт ожидал нападения животного. Он хотел ранить, чтобы я, окровавленная, не имела возможности двигаться или убежать. Единственная причина, по которой он мог так поступить, это если в пещере находилось что-то, что Мэтт хотел выманить.
Келлан отвел взгляд, мышцы его челюсти напряглись оттого, как он стиснул зубы.
Что хотел сделать Мэтт после того, как выманит это «что-то»?
Я не знаю.
Как ты считаешь? глухо произнес он.
Келлан, находясь в бешенстве, был чертовски великолепен, настолько, что она не могла думать ни о чем другом. Даная ещё раз позволила себе взглянуть на него, прежде чем задуматься о пещере, чего ожидал Мэтт, плюс их снаряжение и оружие.
Я вернулась бы к воде. В баллонах акваланга было более, чем достаточно кислорода, чтобы совершить несколько путешествий туда и обратно.
Разве МИ-5 не нужны доказательства, неужели они так просто поверят словам одного из агентов?
Даная медленно кивнула, прислонившись к деревянному изножью кровати.
Они потребовали бы доказательств. Мэтт, скорее всего, должен был прикрепить на это «что-то» какое-нибудь устройство, чтобы сделать запись или хотя бы снимок.