Надо ли рассказывать, какое было в этот момент выражение на лице Мерзликина.
Ох
И потому запомни, брат из грядущего. У нас тут полно людей, готовых не допустить такого будущего любой ценой. Чтобы это нам не стоило! Запомни, пожалуйста, это.
«Вот тебе и добродушные советские человеки!»
После душа Анатолий сразу прошел в столовую. Он до сих пор находился в прострации, но не решил, можно ли доводить до «своих» свежие новости. С виду все хорошие, но зная почерк спецслужб, можно быть уверенным в том, что кто-то из них точно завербован. С другой стороны, подобные известия касаются всех непосредственно.
В столовой сейчас сидели лишь Евдокимов и Серебров. Первый тихо сообщил Анатолию:
Леху после обеда забрали. С вещами.
Мерзликин взял кусок хлеба и задумчиво слепил из него мякиш:
У нас от вчерашнего ничего не осталось?
Дмитрий удивленно обернулся:
Хорош уж бухать! Береги здоровье смолоду.
Все рано помрешь больным. Димон, не епи мозги. Чисто нервы полечить.
Для такого нужно использовать иные средства. Более мягкие и сисястые.
Нет их, как видишь.
Через несколько минут появился выглядевший донельзя усталым Абармит.
Братки, сами себе положите? И замочите посуда затем, пожалуйста. Я все, пошел спать.
Мерзликин удивленно проводил его взглядом.
Чего это он?
Евдокимов, вынырнувший тихой сапой из коридора, поставил на стол графин с напитком:
Умаялся, бедолага. Еще народу привезли, а он один допуск имеет.
Дмитрий взялся раскладывать ужин:
Надо бы посуду помыть за собой. Человек для нас старается.
Сделаем. Ждать, кого будем?
Оказывается, Валентин знал, зачем увезли Алексея:
Он же у нас юрист и зачем-то срочно потребовался кому-то наверху.
Жареный петух их укусил?
Как бы не хуже все попаданцы дружно повернулись к Мерзликину. Тот единственный отсутствовал весь день и ведал больше. Пришлось вкратце поведать шокирующие новости. Коньяк сегодня шел тяжело, так что народ особо и не притрагивался. Хотя после полученных вестей все дружно потянулись к стаканам. Известия их ошеломили. Они уже не узнавали страну, в которую попали.
Всегда знал, что «ювелир» предатель! заметив на себе непонимающие взгляды, Анатолий пояснил. Это его кличка среди своих.
Да не может быть! Как же его тогда туда поставили?
В истории Союза, вообще, много непонятного. Как можно было десятилетиями безрассудно эксплуатировать русское население в угоду национальным окраинам?
Наконец-то, русский фашизм проявился! ощерился Моисеев.
Да не было у нас никогда никакого фашизма. Выдумки. Как и про пещерный национализм. Иначе бы мы империи ни в жизнь не построили. Ты лучше расскажи, сколько коренных народов при России исчезло? Про свой народец не надо. Он все-таки пришлый. Не стоило нам Польшу в империю включать. Одни минусы приключились.
Серебряков нахмурился:
Куда-то вас не в ту степь понесло, уважаемые. Нам нужно думать, что тут делать будем?
Мерзликин только сейчас обратил внимание на озабоченного Евдокимова.
Чего молчишь, Ярик?
Так завтра нам прощаться.
Не понял.
Предложили работу в одном конструкторском.
Ты же не инженер?
Ага. Зато практик. Я этими руками какие механизмы только не щупал. А у ж к советским изделиям претензий накопилось еще с ученических времен. Буду мозги вправлять местным ученым людям.
Валентин погрустнел:
Ну вот, только собрались.
Анатолий отчего-то был сегодня настроен позитивно.
Ничего. Утрясется все и еще обязательно увидимся! Сейчас важно каждому взять ношу по себе.
Все согласно кивнули, лишь Моисеев скривился.
А надо ли помогать совку? Они даже в этой реальности не могли обойтись без крови.
Ярослав лишь покачал головой:
Эх, Ильюша, где бы нам такую историю и общество найти, чтобы без совсем кровушки. Разве что Китеж-град из-под воды достать. Сколько я смотрю в жизни человеков. Ну не хотят они меняться в лучшую сторону. То ли созданы изначально криво, то ли так легче им существовать.
Мерзликин удивленно покосился на товарища. А медведь у нас, оказывается, философ! Интересных людей судьба закидывает обратно в прошлое. Или так было задумано неким высшим?
Глава 9 8 сентября 1973 года. Подмосковье. Знакомство
Мерзликин с группой отобранных коллег с интересом уставился на легендарного в некоторых кругах «Оракула». Он уже был в курсе, что это и есть тот самый первый попаданец в Союз образца 1973 года. За прошедшие дни Анатолию пришлось много работать и общаться с теми хроноаборигенами, кто был допущен к секретам. От них он понемногу набрался разного. Да и после подписания согласия отношение к журналисту из будущего изменилось. Ему даже рассказали, что его монтаж и озвучка здорово понравились кому-то наверху. Настоящий пропагандистский фильм получился. Который разом вылечивал недоверие и сомнения у многих деятелей из различных органов власти. Кого-то даже в больницу сразу из кинозала увезли.
«Так это еще присказка. Сказка будет впереди!»
Конечно, отозвался Серебряков также взятый в их команду. Вы же первым сюда попали.
Вы совершенно правы, Ракитин заглянул в карточку. Дмитрий Васильевич.
Это правда, что недавний бедлам ваших рук дело?
Ракитин повернулся к Моисееву: