приглушенным, чтобы понять кто это был, но кто-то точно прибыл. И это был не бог. Я бы поняла это, если бы это был бог. Их сущность была сильна, и я могла бы почувствовать её.
Прикоснувшись к прутьям, я ощутила отклик. Мерцание синего света затухало. Вот видишь, Сет. Не значит ли это, что сила знаков на потолке тоже ослабевает без обновления? Милостивые боги, я на это надеюсь. Я попыталась обнаружить шнур, желая сказать ему о новом открытии.
Сет был там, но не хотел болтать. Он был с Люцианом, по крайней мере, я так поняла. Что бы они ни обсуждали, это было приглушенным для меня.
Я сразу же отрегировала неприязнью на присутствие Люциана. Очевидно, я должна буду смириться с этим, но это будет довольно сложно. Я никогда не буду поклонницей моего отчима.
Отсоединившись от связи, я задалась вопросом, чем занимается Айден. Он обычно проводит большую часть дня, сидя на этом складном стуле, размышляя обо мне.
«Ты дала мне надежду, в которой я нуждался.»
Надежду на что? На счастливый конец для нас?
Я оказалась в маленькой белой ванной комнате, всматриваясь в паршивое пластиковое зеркало, висящее над раковиной. Оно было практически забетонировано в стену, и пластик был облегченным настолько, чтобы я не могла соорудить из него оружие.
Прислонившись к раковине, я почти уткнулась лицом в зеркало. Мое отражение было волнистым, искаженным плохим качеством зеркала, но я пристально смотрела на свои глаза.
Они были янтарными, точно такими же, как и у других Аполлионов после их Пробуждения. Это было немного странно, видеть мои глаза такими, но это казалось правильным. Словно я получила в наследство нечто особенное, чему было предначертано произойти.
Я наклонила голову в сторону. О чём подумает мой Сет, когда он наконец меня увидит - увидит на самом деле в виде Аполлиона? Он будет доволен, не то что Айден, который ненавидел мои глаза ...
Неожиданное острое чувство пронзило мою грудь. Ну и дела ... у меня закружилась голова, и я крепче схватилась за раковину. Это была не физическая боль, больше было похоже на боль, когда земля уходит из-под ног. Или когда получаешь действительно омерзительные, плохие известия.
Было ощущение, словно сердце сгорало без возможности восстановления.
Я втянула воздух и вздох оказался пронзительным. Это было не уместное чувство. Моё сердце не было разбито. Оно было целым и принадлежало моему Сету. И он любил меня в ответ. Он никогда мне этого не говорил, что любит, но он должен был любить. Мы были предназначены друг для друга, и как только мы воссоединимся, мы будем прекрасны. Мы будем править Олимпом и миром смертных.
-
Мы будем богами, - прошептала я.
-
Ох, Алекс, даже я поражен тем, насколько раздутым стало твоё эго. Боги, если бы я был во плоти, я бы надралтебе задницу прямо сейчас.
Я резко развернулась, вполне ожидая увидеть Калеба, стоящего в ванной комнате, потому что это был его голос. Но тут никого не было. Сердце заколотилось, я выглянула в камеру. Пусто.
-
Калеб?
Ответа не последовало.
Я острожно вошла в камеру, желая, чтобы появился Калеб, если он на самом деле был здесь.
Тишина затянулась, и только когда я уже собралась признаться, что я, вероятно, потеряла свой проклятый разум, через меня прошло тепло.
Неужели Калеб только что ... прошел через меня?
-
А...
Позади меня раздался легкий смешок. Развернувшись, я лишь ... я могла только смотреть в изумлении.
Там стоял Калеб, его русые брови были изогнуты таким до боли знакомым образом. На нём была рубашка вроде туники и белые льняные штаны. Это был Калеб, но ... нет.
Я могла полностью видеть прутья камеры сквозь него. Поразительно.
-
Калеб?
Он осмотрел себя сверзу вниз.
-
Да, это я, ты видишь меня как тень.
-
Ты действительно здесь, или я потеряла рассудок?
Неторопливая, спокойная ухмылка растянулась на его бледных губах.
-
Я здесь. Ну, настолько здесь, насколько могу быть.
Я втянула воздух, но он застрял в горле.
-
Я могу прикоснуться к тебе? - ноги несли меня вперед судорожными толчками. Никакого изящества Аполлиона. Я могу тебя обнять?
Его брови опустились.
-
Нет, Алекс, не можешь. Ты пройдешь сквозь меня. - Он ухмыльнулся. - Хотя, похоже, в первый раз тебе это дажепонравилось.
Я рассмеялась, останавливаясь на полпути от прикосновения.
-
Боги, мне так сильно хочется тебя обнять.
-
Я знаю. - Его улыбка померкла. - Но у нас мало времени.
У нас никогда его не было. Я качнулась назад на пятках, улыбнувшись.
-
Ты здесь, чтобы помочь мне сбежать, верно?
-
Ах, нет, я здесь не для того, чтобы помочь тебе сбежать.
Улыбка исчезла с моего лица.
-
Почему? Я не понимаю. Мне надо выбраться отсюда. Моему Сету надо...
-
Я здесь в качестве последней отчаянной попытки. - Он потянулся, словно пытался прикоснуться ко мне, ноостановился. - Аполлон послал меня.
Я скрестила руки и нахмурилась.
-
Какое он к этому имеет отношение?
-
Он надеется, что я смогу достучаться до тебя, Алекс.
-
Ты знаешь, что он ударил меня божественной молнией?
Калеб вздрогнул.
-
Да. Я наслышан. Каждый в Подземном царстве вроде как слышал об этом, но, Алекс, ты как бы саманапросилась. - Когда я открыла рот, он заставил меня замолчать. - Аполлон был бы здесь, если бы мог.