Генерал тут же отдал распоряжение и вскоре на свет появился приказ
Подпоручик Северен Маршалек. Отдельный танковый батальон армии «Познань».
Последние несколько часов, каждый из солдат и офицеров батальона был весьма сильно напряжён чувствовалось, что началось что-то весьма более серьёзное, чем очередные манёвры, на которых мог бы присутствовать сам пан Маршал.
Подтверждение этим печальным мыслям принёс авиационный налёт на Калиш, состоявшийся в районе семи утра. К счастью, артиллеристы-зенитчики свой хлеб ели не зря наблюдатели вовремя обнаружили опасность, а расчёты орудий, уже занявшие позиции, встретили вражеские бомбардировщики огнём, и пусть, что сбить не удалось ни одну машину противника, главное германские бомбы были сброшены в поле, и, никаких потерь среди польских военнослужащих или гражданских лиц не было.
После налёта, все сразу как-то посуровели. Как-то разом перестали слышаться шуточки с разных сторон, а с хмурых лиц солдат то и дело читались вопросы: «Как же так, пан командир?». К счастью, в батальоне были опытные офицеры, поэтому капитан Завадский всем и каждому нашёл работу: экипажи бронированных машин, вместе с начальником по технической части, начала буквально вылизывать каждый танк, танкетку и бронеавтомобиль, отыскивая возможные неисправности.
В бою, ни один из танков не должен встать! Единственная причина, по которой танк может застыть на поле боя, гибель машины или экипажа! Нравоучительно говорил капитан Завадский.
Подпоручик Северен Маршалек, как и несколько других офицеров штаба, бегали между машинами и контролировали выполнение назначенных начальником штаба батальона работ.
К счастью, к восьми часам утра, из штаба дивизии вернулся командир батальона, который тут же собрал вокруг себя весь личный состав батальона. Танкисты и механики стояли, сидели и лежали везде, где только этого позволяла местность. Комбат залез на свой командирский 7ТР, и, подняв руки, призывая к тишине, начал говорить:
Панове офицеры, унтер-офицеры, солдаты! Сегодня утром, первого сентября, Гитлеровская Германия объявила войну Польской Республике. Думаю, вы все прекрасно видели попытку налёта германских самолётов на Калиш, который удалось отбить лишь благодаря усилиям и умениям нашей зенитной артиллерии!
Поручик ненадолго замолчал, оценивая реакцию своих подчинённых и беря небольшую передышку. Через несколько десятков секунд, он, похоже, собрался с мыслями, и продолжил:
К сожалению, не везде пошло по такому сценарию! Как нам стало известно, налётам подверглись города Велюнь, Хойниц, Старогард и Быдгощ. По неподтверждённой информации, в ходе бомбового удара по Велюню погибло несколько сотен человек. В городе большие разрушения.
(Информация, которая была доступна главному герою в штабе дивизии, оказалась неполной. Так, например, в результате первого налёта на Велюнь, было уничтожено около 75 % зданий, погибло более 1 200 человек, в основном мирные граждане)
Среди танкистов послышались возмущённые крики. Кто-то, кажется, начал креститься, читать молитву.
Дождавшись наступления тишины, поручик Домбровский продолжил уже тише:
Это война. И мы должны сделать всё, чтобы как-можно меньше гражданских погибло на этой войне. Поэтому, слушай мой приказ!
Все танкисты тут же выпрямились, подтянулись,
будто бы на параде.
Принято решение о формировании двух мобильных разведывательных групп. Состав групп только добровольцы. В каждую группу от нас идёт по пять танкеток. Повторяю, идут только добровольцы!
С добровольцами проблем не было практически все пожелали принять участие в разведке.
Подпоручик Маршалек же, как офицер разведки и тактики батальона, попросился возглавить одну из групп.
Сборы были недолгими. Вскоре, к стоянке танкового батальона приехала шестёрка грузовиков. Прискакали кавалеристы. Началась обычная военная рутина
В каждую из мобильных подвижных групп вошло по три мотоцикла с колясками и установленными на них пулемётами, по пять танкеток ТК-3, взводу пехоты на грузовиках, и, по полусотне улан.
Кавалеристов заранее отправили вперёд, в качестве головного дозора, с приказом при обнаружении противника в бой не вступать, отступить к основным силам конно-механизированной группы
Старший стрелок Вильгельм Вебер. 24-й разведывательный батальон 24-й пехотной дивизии.
По машинам! Вперёд! Вперёд! Начал размахивать лейтенант Крамер, когда его мотоциклисты вновь сформировали некоторое подобие колонны. К деревне! Там отдохнёте и придете в себя!
Попрыгав по своим «Цундаппам», разведчики послушно рванули к своей следующей цели, думая, каждый о своём. Или не думая, как Вильгельм Вебер. У него даже возникло ощущение, что мозг, как и все органы чувств, просто отключились, и он, старший стрелок Вебер, солдат 24-го разведывательного батальона, действует сам по себе, как какой-то механизм, даже не думая о происходящем.
Перед самой деревней, колонна разделилась на две ровные половины. Одна из них начала огибать деревню справа, чтобы заехать в неё с другой стороны, а вторая (в которой оказался Вильгельм) устремилась напрямик, по дороге.