«Граб», не увлекайся! Собирай
свои танки, и, вперёд!
Поручик Зигфрид Лось ответил практически сразу.
Я «Граб-1», понял вас! «Грабы», сбор на дороге. Порядок прежний!..
Через несколько минут, когда командиры оставшихся 13 танков доложили о своей готовности продолжить движение и колонна была вновь сформирована я отдал приказ на продолжение следования по намеченному маршруту, а сам достал из полевой сумки обычную ученическую тетрадь в клетку и сделал несколько записей, которые к концу войны переросли в несколько томов моих заметок о боевых действиях с 1939-го по 1945-й год.
Но первая запись в нём была именно такая:
«2 сентября 1939 года. Рассеян мотопехотный батальон противника из состава полка «Лейбштандарт». Уничтожено несколько бронемашин врага, разбита батарея противотанковых пушек. Безвозвратные потери 1 танк, 3 танкиста (мех-вод капрал Д.Мадей, заряжающий рядовой Ф.Лесьняк, командир сержант С.Вялек.
Поручик Зигфрид Лось со своей ротой перехватил на марше моторизированную колонну немцев. Уничтожено четыре мотоцикла с колясками, расстреляно и сожжено десять грузовых автомашин. Противник понёс существенный урон. Потерь в роте нет.»
Часам к шестнадцати по Варшавскому времени все боевые подразделения батальона скопились перед небольшим перелеском. Там же расположился и полуэскадрон ротмистра Яблоньского, а через час-полтора должны были подойти остальные эскадроны из полка улан бригады генерала Абрахама. Галецкий сообщил, что его мотопехотный батальон задерживается откуда-то появилось пехотное подразделение противника, и его батальон, совместно с остатками батальона из 10-й пехотной дивизии ведёт бой. К счастью, у них есть поддержка артиллерии, и, неплохие шансы справиться самим. Вот только время будет утеряно.
На импровизированном военном совете присутствовали: от танкистов я, как командир батальона; поручик Зигфрид Лось как командир первой роты; капитан Францишек Краевский Как командир второй роты; поручик Конрад Гайда как командир третьей роты; от улан ротмистр Яблоньский и молодой подпоручик, в качестве его заместителя.
Вместо стола у нас было крыло моего командирского танка, с расстеленной на нём картой.
Панове офицеры, нам необходимо захватить данный населённый пункт! Начал я свой пространный монолог, обводя остро заточенным карандашом небольшую деревушку на карте. Проблема заключается в том, что нам неизвестно, какими силами противника она занята и занята ли вообще? Система обороны нам также неизвестна. Хуже всего, что с пехотной поддержкой у нас всё также Плохо. Мотопехотный батальон Галецкого ведёт бой. На них вышла какая-то немецкая пехотная часть. Бригада генерала Абрахама будет где-то через два часа. Из пехоты у нас только полуэскадрон ротмистра Яблоньского. Пан ротмистр, сколько у вас людей?
Уланский офицер, на котором скрестились взоры всех присутствующих танкистов, выпрямился и начал доклад:
Под моим командованием полуэскадрон улан. Всего, семьдесят две сабли со мной. Из стрелкового вооружения винтовки, четыре ручных пулемёта. Есть одно противотанковое ружьё и гранаты. Из этих семидесяти двух человек можно десятерых сразу не считать.
На мой так и не заданный вопрос, ротмистр сразу же ответил:
Коневоды.
Я понятливо кивнул, после чего вновь склонился над картой. У меня появился план А вот хороший он или плохой покажет время.
Глава 7. 2 сентября 1939 года. День.
Поручик Ян Домбровский. Отдельный танковый батальон армии "Познань"На разработку плана атаки ушло около получаса. Ещё минут пятнадцать пришлось потратить на то, чтобы командиры подразделений довели план действий до личного состава и смогли решить возникнувшие вопросы.
И вот, когда всё уже было готово, подминая под себя мелкие деревца, на поле выползли три десятка танков первая и вторая танковые роты, с редкими уланами на броне, выполняющими роль танкового десанта.
На всякий случай, в резерве осталась третья рота и взвод управления с моей, командирской машиной всего, семнадцать танков.
Нервно сжимая бинокль побелевшими от усилия пальцами, я вглядывался в населённый пункт и ожидал, когда же по моим атакующим машинам откроют огонь замаскированные орудия врага. Благодаря советскому кинематографу о войне, советским же произведениям и всему, что было прочитано там, в будущем, двадцать первом веке, в моём восприятии, немцы были весьма опытным и серьёзным противником. Ну не воспринимал ещё мой мозг, что
Вермахт 1939-го года это не Вермахт 1941-го года, а Ваффен СС 1939-го это не Ваффен СС 1943-1944-го годов, когда эти структуры были на пике своей боевой мощи.
Но по моим танкам никто не стрелял, и, вскоре, первые машины второй роты, как и планировалось, скрылись за крайними домами населённого пункта. Первая рота, так и не встретив сопротивления, обойдя населённый пункт слева по дуге, выстроившись в колонну, двинулась по дороге на запад, с целью оседлать перекрёсток дорог и железнодорожный переезд.
Ещё через несколько минут, когда в населённом пункте скрылись уже все танки второй роты, а я так и не услышал шума боя, так ожидаемого мной, был вызван заряжающим к радиостанции.