Оп-па, как я удачно ввернул-то. Теперь в глазах Лехи я не непонятно кто, а следователь-дознаватель. Ну, наверное. Вон насупился и подсобрался. Видимо, тоже хочет спросить у своих командиров "че за дела". Ну, теперь надеюсь будет со мной до конца.
Но самое главное в этот же день мы убили еще пятерых фашистов. На мой взгляд, мы сделали образцовую засаду выбрали защищенные с флангов позиции, обговорили порядок стрельбы и отхода, две точки сбора на разные случаи. Расстрел прошел без сучка и задоринки три трупа на телеге и пара недалеко от нее, из них четыре на счету Лехи, но и я одного снял сразу и еще одного ранил, а Леха его добил. И на все про все меньше минуты. Растем. Еще нашли полуторку, и пока отогнали ее в лес и замаскировали на будущее. Нам встречались и брошенные орудия их тоже закатывали в лес и также маскировали. Далеко от дорог мы не отходили по ним периодически шли колонны наши цели, так что дороги были нашими охотничьими угодьями. И мы продолжали постреливать фриц тут, пара фрицев там глядишь, так и война закончится быстрее, и у нас потерь будет меньше.
На второй день на проселочной дороге послышался одинокий мотоцикл, мы уже привычно устроили засаду и убили обоих мотоциклистов. Вот так вот походя. Привычка однако. А когда закатывали мотоцикл в лес, нам тихо и твердо сказали "руки вверх". Ага, щас. Мы попадали как профессионалы за эти дни мы не только ходили, но и постоянно тренировались быстро падать и находить укрытие. Так и сейчас упали я за холмиком, Леха за мотоциклом. И выставили стволы. Но не стреляли все-таки не вражеское "хенде-хох", а наше родное "руки вверх", даже как-то потеплело на душе. Оказалось действительно наши. Пять человек, с лейтенантом. Артиллеристы. Идут на восток. Я изложил им, что лучше сейчас оставаться здесь скоро наши пойдут в наступление, и тут мы ударим с тыла. Все было логично, поэтому они согласились. И действительно попробуй откажи полковнику, и это он еще не видел моей фуражки "haute НКВД-couture". Нехорошо было обманывать людей, но сказать сейчас, что война продлится четыре года никто же не поверит, а просто расстреляют как паникера. Это было сейчас совсем уж лишним, расстрелять меня могут и как шпиона, когда не смогу подтвердить свое происхождение документами. Поэтому и не стоит спешить переходить фронт, как меня там примут непонятно. Надо сначала сделать документы, с которыми хотя бы не сразу начнут ставить к стенке,
а пошлют запросы. А сделать документы могут знающие люди, которых еще надо найти, и найти их, находясь в однородной спаянной группе, будет всяко проще, чем в одиночку. Поэтому я и задумал сбить какой-никакой отряд, и уже под его прикрытием действовать в своих целях. Да и им будет проще выжить без меня они попрутся на прорыв и полягут на выходе или в очередном окружении немца-то еще не знают, в отличие от меня, прочитавшего про войну море книг и просмотревшего не меньше фильмов. Так что пока наши пути совпадают, хотя и использую этих людей втемную. Ну да ладно сейчас не до рефлексий. Я знаю, что действую не во вред ни им, ни стране, и даже наоборот. Пока поверили и то хлеб.
Хотя выглядели мы подозрительно. Эти два дня мы не только тренировались, но и совершенствовали свою экипировку. Мне было дико считаться диверсантом и при этом ходить в обычной одежде. Поэтому я мало того что переоделся в военную форму, так еще совместно с Лехой мы сделали себе маскировку. На касках были наверчены прошитые матерчатые лоскуты с вплетенными в них ветками и травой, на теле, поверх самопальной разгрузки, было некоторое подобие пончо сшитое из кусков и также переплетенных с ветками и травой с пяти шагов, если не шевелиться, можно уже и не заметить мы с Лехой специально проверяли друг друга. Немецкие трофейные винтовки и автоматы также были обмотаны тряпками. Все это вместе смазывало резкие контуры человеческого тела и оружия. В общем, выглядели мы не по-советски, но я представился полковником запаса спецназа НКВД, а на слова лейтенанта что он о таком не слышал, я отрезал "Значит и не положено тебе об этом слышать. Вопросы?". Вопросов у того не было или же он посчитал пока их не задавать, но пока он промолчал и безропотно поступил под мое начало наш внешний вид и успехи внушали уважение.
Успехи у нас были немаленькие. Почти тридцать уничтоженных фрицев, несколько схронов с оружием, в том числе и пушки, автомобили, вот теперь мотоцикл. Было чем гордиться.
Мы перешли на одну из своих "баз" и там стали формировать из новичков новых диверсантов. Я организовал нас группами по два человека один человек может растеряться и запаниковать, а когда двое находятся в постоянной паре они поддерживают друг друга, сами себе не позволяют проявить слабость перед товарищем очень сильная моральная подпитка для решительности и стойкости. Это я прочувствовал еще в первый день пока Лехи не было, было как-то не по себе, а появился он появился и какой-то кураж, включилась новая для меня программа охотника.
Поэтому я решил продолжить эту практику с новичками. Леха и лейтенант стали командирами двоек, себе я взял двух новичков, и мы с Лехой стали гонять "новобранцев" по нашей самодельной методике передвижение, поиск укрытия, тактика все, чему я "учил" Леху и попутно учился сам, мы сейчас передавали пополнению. Те пыхтели, но старались, так что уже к вечеру следующего дня стали хоть немного походить на диверсантов, особенно когда под нашим руководством нашили себе маскхалатов. Мы уже становились похожи на слаженное подразделение. Это давало новые возможности, и на следующий день мы их проверили.