лейтенанта. Если артиллерист на такое пошел, то можно и пехотинцу руки испачкать.
Еще, взяли!
Упираясь ногами в землю Алекс навалился на колесо. Пушка приподнялась, на мгновение зависла, и медленно, будто нехотя выкатилась из удерживающей ее ямы. Лейтенант тыльной стороной ладони стер со лба пот, водрузил кепи обратно на голову и обратился к капитану.
Господин капитан, есть ли возможность переправить орудия через ров?
Вопрос застал Алекса врасплох. О том, что орудия придется перетаскивать на другую сторону рва, он как-то не подумал. Припомнив глубину рва, и крутизну его склонов, капитан отрицательно покачал головой.
Нет, ничего не получится. А мост через ров и ворота расположены в тыльной части форта и простреливаются османийцами.
Что же тогда делать?
На лице артиллериста огорчение было смешано с растерянностью. Алекс попытался предложить хоть какое-нибудь разумное решение проблемы.
Попробуем хотя бы спустить их в ров. Без снарядов проку от них все равно нет, а так хоть целыми останутся. Можно их как-нибудь разобрать?
Можно снять стволы с лафетов, оживился лейтенант, за четверть часа управимся.
Боюсь, лейтенант, у нас не будет и десяти минут. Форт падет с минуты на минуту, после чего, его начнет обстреливать османийская артиллерия.
Словно подтверждая слова капитана Магу, поднятый на флагштоке форта, измочаленный пулями и осколками османийский флаг дрогнул и пополз вниз.
Быстрее, быстрее, иначе стволы придется снимать под обстрелом!
А вот, наконец, и край рва. Батарейцы под руководством своего лейтенанта начали возиться с разборкой орудий. Словно норовя помешать им в этом деле, османийская артиллерия начала обстрел потерянного форта. Можно было не сомневаться, что следом последует контратака с целью вернуть потерянное укрепление обратно. Просто так смириться с потерей позиции, столь важной для обороны Коварны, османийское командование никак не могло.
Предупредив артиллерийского лейтенанта о своем отбытии, капитан Магу отправился на поиски полковника Всехсвятского, чтобы доложить ему о выполнении поручения. В разборке пушек он артиллеристам все равно помочь ни чем не мог, да и бомбы османийских крепостных мортир начали с грохотом рваться в очень неприятной близости. Поэтому, Алекс решил, что каменный свод и пара саженей земляной насыпи над головой будут не лишними.
Чтобы проникнуть в форт капитан воспользовался потайным ходом через ров. Охранявшие вход солдаты о расположении штаба полка ничего сказать не могли, они и своего-то ротного уже больше часа в глаза не видели. Командовавший ими унтер-офицер указал на черный провал, ведущий вглубь вала.
Идите прямо, господин капитан, там у кого-нибудь спросите.
Идти пришлось в полной темноте, держась рукой за стену. Несколько раз он спотыкался о трупы, свои или чужие понять было невозможно. Время от времени под ногами брякало брошенное оружие. Взрывы османийских бомб отдавались еле заметными толчками воздуха. Самые близкие, вызывали дрожь каменной кладки и гулкое эхо, гулявшее под каменными сводами подземелья. Пару раз рука Алекса проваливалась в пустоту, видимо, это были какие-то боковые ответвления, но ему удавалось вновь нащупать продолжение стены и не сбиться с пути.
По ощущениям он преодолел не меньше полусотни саженей, когда почва подземного хода пошла вверх, а впереди забрезжил неровный, мерцающий свет факела. Его приближение заметили, сверху донеслось.
Стой, кто идет!
Капитан Магу к полковнику Всехсвятскому!
В желтоватом свете коптящего и шипящего дрянного факела встретившие капитана солдаты выглядели сущими мумиями, только глаза поблескивали в темных провалах глазниц.
Вам туда, господин капитан.
Новый ход был гораздо шире и выше, через двадцать-тридцать саженей в нем были расположены посты. Их горящие факелы выхватывали из темноты всего три-четыре сажени прохода, остальное расстояние приходилось преодолевать все также на ощупь. Трупы из-под ног здесь успели прибрать, зато взрывы наверху были гораздо ощутимее.
Руководствуясь указаниями постовых, капитан Магу минут через пять отыскал полковника Всехсвятского. Штаб полка расположился в каземате, который сами османийцы использовали для той же цели. Здесь стоял большой стол с расстеленной на нем картой. С потолка свисали две масляные лампы, с трудом разгонявшие по углам темноту подземелья.
Кроме самого командира полка в каземате присутствовали еще четверо. У стола сидел подполковник что-то торопливо писавший карандашом в блокноте. Молоденький лейтенант, видимо, недавний выпускник
офицерского училища, пытался заставить лежать карту ровно, но она упорно вырывалась и норовила свернуться в трубочку. «Начальник штаба и адъютант», догадался Алекс. Около входа расположились унтер и ефрейтор, ожидавшие поручений полкового начальства.
Господин полковник, ваше приказание выполнено, полковая батарея в составе трех орудий доставлена в форт!
Где они?
Артиллеристы их сейчас разбирают и пытаются спустить в ров форта.
Что у них со снарядами?
Если что-то и есть, то не больше двух-трех на орудие, господин полковник.