Но я маму не слушала. Зря. Вот и умерла в таком молодом возрасте, даже до тридцати не дожив!
Вот только что за сборище? Божий суд? Подавив желание спрятаться за машиной, я стала судорожно обдумывать свои возможные грехи.
В целом, я была хорошей девочкой. Папу, маму не расстраивала, к людям относилась с добротой и всем возможным участием. Местами, конечно, этой доброты мне не хватало, но я старалась. Но, извините, не могу я быть милой, когда мне рассказывают, что геморрой надо не таблетками-свечками лечить, а старым проверенным способом! Разогреть кирпичи в духовке, полить маслицем, шалфейчику измельченного, ромашечки наверх, а после присыпать перчиком. И постоять со своей болячкой над этим чудом. Ну не могла я кивать и поддакивать, не могла!
В остальном я всегда была мила и участлива. И даже никого никуда не посылала, хотя очень хотелось. Ой, вру. Посылала. На завод с лекарствами женщину, которая, попробовав через блистер на зуб таблетку сказала, что они недостаточно свежие, потому что твердые. Но это был исключительный случай! Да и я сполна расплатилась за него потому что женщина таблетку таки раскусила через блистер, а платить отказалась. Ибо старье. Пришлось мне. Зато с тех пор я в руки давала только инструкции и пустые коробочки. Во избежание, так сказать.
И даже существование бога я никогда не отрицала. Ну, кроме тех случаев, когда у меня над тремя одинаковыми пачками с лекарствами водили крестиком и ждали, когда крестик качнется и подтвердит, что вот эта упаковочка поддельная.
Пока я пыталась припомнить все свои неблаговидные и благовидные поступки, один из людей в хламиде встал и подошел ко мне. Подавив желание отойти подальше, я уставилась на него в упор. Неожиданно он протянул ко мне руку, которая заискрилась, и положил на голову. Я едва не закричала от боли, но она быстро прошла.
Понимаешь меня, попаданка? спросил человек. Я применил заклинание, которое приведет твой разум в порядок.
Я кивнула.
Совет по Развитию Мира приветствует тебя! неожиданно раздался торжественный голос слева. Тебе дарована великая честь попасть в другой мир и внести в его развитие посильный вклад!
Почему-то мне все это не казалось бредом, хотя должно было. Лишь намного позже я узнала, что вместе со знанием языка ко мне было применено какое-то хитрое заклинание адаптации, помогающее принять
бесполезных к темным. Потому что Совет должен был учитывать интересы обеих сторон и не сильно обделять темных. Я едва не поржала с такого учета интересов, но вспомнила, что в другом мире, и лишь едва заметно ехидно улыбнулась.
Меня проводили в мою комнату и оставили одну. Я осмотрелась: красиво, очень красиво, если бы не таблеточная машина прямо посередине. Неужели и впрямь переместили, иначе как бы она оказалась тут раньше меня? Это такая магия? Да какая разница? И пусть таблеточная машина заняла большую часть комнаты, но красивая и удобная даже на первый взгляд кровать была в прямом доступе. На ней я и пролежала часик. Как ни странно, но соображала я прекрасно, почти никакого расстройства оттого, что попала в другой мир, не испытывала. Списав все на шок и непонятную магию, я решила, что буду волноваться об этом потом. А пока стоит пойти в общую гостиную, где можно было поболтать с другими девушками. Они расположились вокруг маленького кофейного столика и щебетали как стайка птичек.
Да-да, сущий кошмар, закатила глаза одна из девушек. Не хочу я к этим темным на алтарь. Если вдруг решат отправить, то встану на колени и буду умолять. Я молодая, красивая, я не хочу так умирать.
Я присела в одно из свободных кресел и стала внимательно слушать. Удивительно, но эти девушки знали о происходящем довольно многое.
Так никто не заставляет, ответила брюнетка. Просто докажи, что полезная, и проблем не будет.
Легко тебе говорить. Ты бухгалтер, а я обычный продавец.
А я слышала, что можно кого-то из Совета уговорить за вас заступиться, вмешалась третья девушка обладательница глубокого голоса и вьющихся рыжих волос, а потом выразительно поиграла бровями: Но, разумеется, не просто так.
И все-то ты успела, фыркнула брюнетка. Не думаю, что мне это нужно. Да и, поверь, если кто-то из Совета захочет чего-то подобного, то он сам намекнет, а не будет ждать. И, кстати, поговаривают, что он предпочитает рыженьких. Так что, Адриана, тебе повезет.
Я искренне понадеялась, что никто ни на что мне намекать не будет, а повезет Адриане, которая, кажется, совсем не против.
Меня зовут Этер. Хотел спросить, как у вас дела. Это обычная формальность для вновь прибывших. Каждый член Совета должен узнать, все ли в порядке.
Валерия, представилась я, пытаясь понять, соврали ли мне, или впрямь есть такая обязанность.
Что ж, мужчина не стал тратить время и ходить вокруг да около.
Могу я называть тебя Лерия? спросил мужчина, улыбаясь мне как-то уж неоднозначно. Извини, просто ты такая приятная на вид, сразу заметно, что очень необычная девушка. Такая яркая, такая красивая, а эти огненные волосы я подобных никогда не видел.
У меня дернулась бровь. Нет, на ком-то другом такой прием, возможно, сработал бы. Но не на мне. Я эту фразу ежедневно слышала, когда ко мне за настойкой боярышника приходили.