слушая нашу беседу. Судя по лицам, никто кроме Болтона не понимали о чем разговор. Судя по всему, англичанин знал французский.
- Ни о чем особенном товарищ майор. Просто уточнил кто она.
- Давай в подробностях, даже интонации что бы были. Ясно?!
- Ясно,- со вздохом протянул я.
- Простите?- 'Николь' смотрела на меня удивленно.
'Ошибся'- мелькнула мысль в голове. Передо мной стояла моя бывшая девушка из прошлого. Пепельно-русые волосы были свободны от всяких заколок, и тому подобному, ниспадая на плечи. Чувственные алые губы скрывали жемчужные зубки, правильное лицо, челка закрывающая высокий лоб, великолепные глаза дополняли картину. Она была красивее Николь, и на много красивее.
- Извините, ошибся. Вы мадмуазель Лаффает? Дочь командора Лаффаета? Командира эсминца 'Бодрый'?
- Да. Вы меня знаете? Вы знаете отца?- на одном дыхании затараторила она.
Тут я поймал взгляд Архипова, и понял что пора прекращать, я зарвался своими вопросами. Нужно было просто сказать что ошибся, прекратив на этом наш разговор, и не спрашивать про отца. Мысли вихрем пронеслись в голове будоража воспоминания. Перед глазами встала Николь, рассказывая про своих предков. Я тогда даже фотографии видел. Что-то она такое говорила про подругу своей бабки?..
- Нет, я не знаю ни вас, ни вашего отца. Мне про вас рассказала Жанна Дьюпери. И фотографии показывала.
- Вы знаете Жанну?
- Встречались как-то,- слегка отрешенно ответил я. Жанна Дьюпери была подругой Мишель, в сроковом году, еще до войны, она побывала в Союзе в составе какой-то делегации, Николь об этом слегка упомянула, а я гляди-ка запомнил. Сама Жанна погибла во Франции, во время очередного налета британцев на прибрежный город, в котором жила в оккупации. Это все что я знал.
Обведя взглядом собравшуюся прессу, мельком глянув на активно греющего уши британца, сказал:
- Извините товарищи. Девушка очень похожа на одну мою знакомую, вот и обознался. Извините. Ну что приступим?
Я стал отвечать на первый вопрос одного из наших ребят, одновременно думая:
'Наверное зря я с Мишель сразу заговорил на французском, это сразу дало понять, что обознался я с такой же француженкой. Б..я! Долбанный британец!'
Отвечал я тщательно подбирая слова. Спрашивал и Болтон, ему я пару раз ответил на английском, давая понять что владею им, так мне велел Архипов.
Через час довольные корреспонденты удалились из моей палаты, на прощание искренне пожелав поскорее выздоравливать и продолжать бить немецев.
В общем, встреча с прессой прошла не так как ожидалось. Скомканное начало было. М-да.
- Вот и все. Больше мы с ней ни о чем не говорили.
- А что это за Николь с которой ты ее спутал?
- Моя девушка во Франции, она погибла в тот же день что и моя семья. А командора Лаффаета я знал, не лично конечно, но знал. Он был другом моего дяди, и его фотография с дочерью была в фотоальбоме, да и дядя про него рассказывал. Я еще тогда удивлялся как она похожа на Николь.
- Понятно. Напишешь об этой встрече рапорт, сейчас тебе сержант Путилин бумагу принесет.
- Хорошо, напишем,- вздохнул я.
- Добавку будешь?- спросила у меня Даша.
- Чего-нибудь сладкого,- протяжно зевнув, ответил я.
- У меня ничего нет,- растерялась она. Стандартный обед в госпитале не баловал разнообразием, вот и сейчас, был борщ на первое, на второе гречневая каша с подливой и котлетой. Еще чай. Бывало и фрукты приносили, но редко.
- Как нет? А ты?- спросил я, и поцеловал ее. Она действительно была сладкой.
О наших отношения знал весь госпиталь. Вчера в присутствии нескольких человек я сделал Дарье предложение. Выбор был осознан, я просто не представлял себе второй половинкой другой. Единственной кто мог стать моей второй половинкой, это Дарья. Настолько милой, верной и счастливой я представлял свою будущую жену. Свадьбу мы решили сыграть после войны, а пока просто расписаться, после того как я стану ходить хотя бы с палкой, а не как сейчас уже неделю пытаюсь ковылять на костылях.
С той встречи с прессой прошло уже две недели. Честно говоря, трудных недели, мне пришлось выдержать немало тяжелых бесед с майором. Но и это закончилось, как все когда-нибудь кончается. Как-то Архипов признался, что Мишель, не раз пыталась добиться встречи со мной, но ей было отказано. Меня это не особо расстроило, девушка мне понравилось, не более, таких чувство как к Дарье, к ней я не испытывал. Может она просто хотела
поговорить со мной, все-таки я знал ее близкую подругу, но мне это было не интересно, так что я безразлично пожал плечами на слова майора.
Наконец оторвавшись от меня, Дарья запахнула халат, и тяжело дыша сказала:
- Хватит. Мне поднос отнести нужно.
- Как только так сразу отпущу,- прижал я ее к себе.
- Отпусти. Ой, совсем забыла, к нам в госпиталь еще одного героя положили...
- Кто такой?- спросил я перебирая пальцами ее локаны.
- Сержант Костюченко, артиллерист. Говорят он один подбил пятнадцать танков.
- Костюченко... Костюченко... Что-то знакомое. Где-то я эту фамилию уже слышал,- протянул я задумчиво пытаясь вспомнить, где слышал эту фамилию.