Сережа отвернулся к окну. На дорожках пошло наконец какое-то движение. Люди нервничали. Один из капсулы пытался докричаться другому через пару метров, что он опаздывает, но тот его не слышал: одно нажатие кнопки звукоизоляции и ты находишься в собственном мире, лишенном звуков извне.
Хорошо, что по небу поплыли перистые облака! Они притирались друг к дружке, клубились, игрались, точно маленькие щенята. Впрочем, как играются щенята, Сережа наверняка не знал.
прежде не было ни новостей в капсулах, ни тревожных кнопок, ни сканеров движения, ни противовирусных станций прямо среди дикой природы, продолжал учитель истории.
Сережа не дал ему закончить. То ли он засмотрелся на облака, забыв, где находится, то ли улетел в свои мысли, но у него вырвалась фраза такой громкости, что весь класс, включая преподавателя, застыл. Даже не фраза а целый риторический вопрос!
А было ли прежде? подобно шекспировскому персонажу произнес мальчик.
Что, Сергей, ты сказал? насупил брови Максим Викторович.
Сергей точно забылся, думая, что продолжает думать свои мысли. Иначе ничем другим не объяснить того, что он сказал:
А что, если прежде все было иначе? Папа говорит, что были такие времена, докарантинные, когда люди сидели в парках на лавочках, обнимая друг друга, играли с щенками, пили воду прямо из колонки. Так дедушка ему рассказывал. А папа показывал мне старые книги с картинками. Там люди без всяких капсул
Раздался грохот. Это Максим Викторович в своей капсуле наехал на парту Сергея, не рассчитав траекторию. Мальчик очнулся от грез. Да! Он точно забылся сном!
Я что-то сказал не то? смущенно и тихо произнес Сергей.
Сейчас же выезжай из класса! строго сказал учитель. Немедленно к директору. А службы выедут к твоему папе и разберутся с твоими придуманными книгами! Ничего подобного не существует! Не было времени до карантина, дети! Читайте пока автоматический учебник, а я скоро вернусь.
И он выехал из класса в сфере, сопровождая Сергея. Автоматика включила режим маршрут к директору. Как жаль, что у него нет прибора послать папе важную весточку! Детское сердце стучало так громко, что, казалось, готово вырваться за пределы ограниченного пространства.
Так, значит, это наш опасный элемент? строго спросил директор, грозного вида мужчина в эллиптической сфере, меняющей цвет в зависимости от его настроения. Сейчас она стала пунцово-серой. Сергей отвел взгляд, стараясь смотреть в пол.
Директор говорил еще много чего. Но мальчика беспокоила только одна мысль: что же будет теперь с папой? Он слышал про разные истории и случаи
Домой он ехал в сопровождении молчаливого инспектора. Когда показался дом, то Сергей вздрогнул: помимо полиции, здесь были и спрси службы по работе с историей два небольших электрогрузовика с портативными станциями очищения.
Сергей покатил чуть быстрее и увидел, как двое мужчин вывозят из гаража полкапсулы вещей: помимо книг, там были и альбомы с далекими фотографиями из не существовавшего прошлого, и старые пленки, кассеты, диски одним словом, все, что представляло собой несоответствие новой доктрине. Капсулу погрузили в один из грузовиков, и через минуту раздался металлический скрежет. Сережу больше волновало, что с папой, и он стрелой влетел в дом. На диване в окружении инспекторов сидели папа с мамой. Папе как раз надевали какую-то металлическую тканевую полосу на капсулу.
Вот, закончив дело, произнес инспектор, теперь даже в аварийной ситуации капсула не раскроется сама. Так что звоните нам, Василий Семенович! Мы будем дистанционно
отключать магнитный ремень, тут включится разрешенное видеослежение, и он показал на какой-то из микродатчиков и усмехнулся.
Надеюсь, теперь будет все в порядке? уточнил второй инспектор.
Конечно, конечно, не беспокойтесь! уверила мама, строго смотря на папу. Такого не повторится! Я не знала!
Инспекторы заполнили какие-то бланки и вышли из комнаты, посмотрев сверху вниз на мальчика.
Сергей, ступай к себе в комнату! приказала мама. С тобой я поговорю позже. Учи уроки!
Мальчик беспрекословно подчинился. С мамой все равно что спорь, что не спорь! Из окна он видел, как постепенно поразъезжались все службы, и, казалось, дом вернулся к прежней жизни. Только мама больше не спускала глаз с него и с папы.
Нет мне дороги в мой брошенный край, сказал как-то за обедом папа, глядя сыну в глаза.
Что это еще? спросила мама, нащупывая тревожную кнопку.
Да так, что-то в голову пришло, бросил папа, отворачиваясь.
Это не сон, так же тихо пробормотал Сережа, но мама уже дальше кушала, слушая последние новости.
Через несколько дней Сергей увидел Алину.
Нас скоро дальше переведут, сказала она.
Как много бы он ей рассказал. Но
Когда-нибудь я спою тебе настоящую балладу, Алина!
Она покатила дальше. Но Сергей твердо знал: когда-нибудь он споет! А в песне можно рассказать многое из того, о чем нельзя говорить напрямую!