Эти проверяющие злобствовали не так сильно, хотя нос сунули просто везде. Поразились, что у нас даже дезинфицирующие коврики лежат, на которые все всегда забивают, и инструкции чёткие во всех помещениях. Это, ребята, вы в двадцать первом веке не жили, вот где строгость.
Опять приходили из Исполкома и детской комнаты милиции.
Школьная комиссия была (подозреваю, что они хотели себя обезопасить на предмет проверки уже школы всякими вышестоящими, потому что о своём внезапном посещении нас, прямо как в армии, предупредили за три дня).
С необъявленным визитом приехал Сергей Сергеич. Бабушка посадила его чай пить, а я говорю:
Как эти проверяльщики меня задолбали, сил нет. Так и хочется сбежать в глушь
В Саратов*? ехидно подсказал Вова.
*Да, это из Грибоедова.
В тайгу! Забиться в какую-нибудь зимуху и сидеть там безвылазно, пока про нас не забудут, нафиг!
Ну, ты придумала сказала сзади бабушка, сидевшая так тихо, что о её присутствии я, если честно, забыла.
Да правда! Надеюсь, это хоть не белая полоса?
Что за полоса? сразу спросил Сергей Сергеич.
Да как в анекдоте. Встречаются два друга. Один другому и говорит: всё, мол, плохо. Денег нет, жена ушла, с работы выгнали, заболел. Тот говорит, типа, не унывай, в жизни всегда так: полоса белая полоса чёрная. Через некоторое время встречаются, и первый говорит: я понял! То была белая полоса.
А то ещё бывает как у зебры, Вовка усмехался:
Полоса белая полоса чёрная белая чёрная белая чёрная, а потом жопа.
И тут зашла очередная комиссия. Из Управления культуры! Пять человек аж.
Раиса Хасановна, здравствуйте! Мы к вам. А почему вы здесь, а не на рабочем месте?
Вова так выразительно на нас посмотрел, мол: я же говорил!
Так у меня ж там ремонт, мгновенно нашлась бабушка. А здесь к нам, видите, журналист приехал. Где ж я должна с ним общаться на улице?
А из какого издания журналист? специальным независимым голосом поинтересовалась одна из тёть.
Тащмайор разразился длинной и запутанной фразой, в котором точно мелькали НИИ, множество регалий и закрытое издание.
И даже предъявил корочку!
Бабушка подбодрилась:
Пройдёмте, вы ж, наверное, хотите посмотреть
Да-да, степень готовности к открытию!
Один с сошкой, семеро с ложкой, проворчала я вслед утягивающемуся в дверь хвосту. Лишь бы шариться, оправдывать своё существование бумажками.
Нарушения пойдут искать, как пить дать, Вовка тоже налил себе чаю и подсел к нашему столу. Нахрен мы с ними связались, скажи мне?
Хотелось красивого. Нормальный этнографический центр. Интересный!
В ***** мне не упёрлась эта интересность! неинтеллигентно высказался Вовка. На деньги нас уже выставили, теперь будут шарашиться с кислыми мордами, лишь бы не платить.
И что ты предлагаешь? «Бросить да развестися»?*
*Фраза из какого-то
юмористического диалога.
Кажется, Евдокимов читал.
А хоть бы. Ты, Сергеич, нас, если что, не теряй. Уйдём в тайгу, как старообрядцы. Оружия по северам много, куплю с рук ружьишко, охотиться буду. Ольга огородик заведёт. Достала меня эта суета.
Вова сейчас пургу нёс, конечно. Ну, какая тайга? Мы зачем сюда попали, в тайге сидеть? Но Сергеич как-то так спокойно чай отхлебнул и говорит:
Я понял. А вот, пока вы в тайгу не ушли, скажите-ка и пошли заново расспросы да уточнения.
А со следующей недели всякие проверки прекратились как отрезало. Приехали несколько курьеров, привезли нам бумаги, кто листочками, а кто пачками, что всё-то у нас хорошо.
Сергеич сработал, что ли? спросила я вслух, складывая в шкаф с документами очередную пачку.
Да пофиг мне, хоть бы и он, решительно высказался Вова. Главное, чтобы нас не телепали.
А кроликов, по ходу, придётся самим закупать.
Да-а Обидно.
Но Пал Евгеньичу я на них нажалуюсь, пусть он их в газете пропесочит.
Согласен.
Однако жаловаться не пришлось.
ПОЧТИ АМЕРИКАНЦЫ
Ольга. 15 сентября 1986, понедельник.
Пал Евгеньич приехал ближе к обеду. Мы тогда ещё не знали, что комиссий больше не предвидится, и несколько напряглись нет, ну а вдруг он что-то знает?
Кого ждём? мрачно спросил Вова.
Мне сказали, сегодня должны вам частичную компенсацию привезти.
За кроликов? удивилась я.
Не «за кроликов», а прямо кроликов.
Могли бы и предупредить, между прочим, проворчал Вова. Пойду, Рашида позову, клетки хоть расставим, а то они там сдвинуты.
Через полчаса к воротам «Шаманки» подкатил грузовик, и двое мужиков в брезентовых робах начали выгружать
Это где ж они калифорнийцев взяли? сильно удивился Вова. И чёт лапы у них смотри, аж до колена тёмные. Должны ж только «тапочки» быть?
А почему вы их называете калифорнийцами? Пал Евгеньич, пользуясь моментом, успевал щёлкать
фотоаппаратом. Мне сказали: русские горностаевые. Говорят, с Новосибирска везли партию на Ангарскую ферму, и для вас выкупили часть.
Ага. Похожая порода, но другая.
А что, неплохо, вслух подумала я. Шерсть у них приятная, шелковистая, аж переливается.
А то, что уши тёмные?
Так уши на изделия не идут. Шкурка тоже поменьше будет порода сама мельче. Зато, я слышала, иммунитет у них довольно сильный.
Вот и проверим, резюмировал Вова и пошёл заселять ушастых. Спасибо, приехали они со всеми документами и сопроводиловками, сразу привитые и обработанные.